Если интересно, то пиши. Будем общаться.

– - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – -

Утро пятницы началось для Барского почти как обычно и, казалось бы, ничто не предвещало беды. Напротив, проснулся он совершенно выспавшимся, бодрым и полным сил. Оставались, правда, легкая разбитость во всем теле и неприятная сухость во рту, но все это не шло ни в какое сравнение с той трясучкой, которая одолевала его еще вчера. Настроение тоже резко поменяло полярность и вместо вчерашней апатии сменилось небывалым подъемом оптимизма и работоспособности. Было ясно, что худшее уже позади, «белочки» благодаря глубокому восьмичасовому сну удалось избежать, а значит, пришло время заняться уборкой и приведением загаженной квартиры в порядок. Тем более что на работу ему сегодня идти не нужно, да и никаких других дел тоже не было запланировано.

Включив на полную громкость магнитофон (черный допотопный двухкассетник, стоявший на холодильнике, рядом с беззвучно мельтешащим маленьким телевизором), Алексей Николаевич быстренько сбегал в ванную комнату, чтобы умыться и почистить зубы, после чего вернулся на кухню и принялся готовить себе завтрак. Вчерашнее тотальное отвращение к пище сегодня вдруг сменилось зверским аппетитом. А значит, прежде чем приступать к генеральной уборке, необходимо было хотя бы немного пожрать. Пританцовывая в такт лившемуся из динамиков регги Джимми Клиффа, он настругал докторской колбасы, бросил несколько ломтиков на сковороду, где уже шипел и плевался маслом поджарившийся до золотистой корочки мелконарезанный лук, и залил все это четырьмя яйцами. Посолил, поперчил, накрыл крышкой.

Тот факт, что в холодильнике у него оставались продукты, показался ему весьма необычным и снова вынудил задуматься о странностях прошедшей пьянки. Как правило, после двух недель запоя в квартире не оставалось не то что продуктов, можно было и некоторых вещей недосчитаться. А тут – холодильник ломится от жратвы, в бумажнике целая стопка новеньких банкнот, а из вещей не только ничего не пропито, так еще и новые ботинки с дурацким аккордеоном появились. Он покосился в сторону коридора, где по-прежнему стоял этот музыкальный агрегат. Странная какая-то пьянка, совсем не типичная, подозрительная.

Аромат яичницы и жареной колбасы вызывал у Барского жуткое слюноотделение. «Вот ведь как оно бывает, – иронично подумал он, переставляя сковороду с плиты на стол и подсаживаясь к окну. – Вчера я от этого запаха блеванул бы, а сегодня того и гляди слюной захлебнусь». Взгляд его скользнул по грязному подоконнику и выхватил из темного пространства между радиатором отопления и стеной что-то белое, очевидно, упавшее со стола и завалившееся за батарею.