Барский растерянно пожал плечами.
– Значит, так, – с важным видом произнес Борис. – Топай по этой аллейке, а как выйдешь из парка, поверни направо и иди по улице, никуда не сворачивая. Кварталов через пять-шесть, увидишь церквушку, дуй прямиком на нее. Возле церкви на улицу 50-летия ВЛКСМ и вырулишь. Ну, а там уже, думаю, сам сориентируешься. Ты ж из местных, не залетный какой? Вот!
– Там транспорт ходит, если что, – решил помочь советом и Толян, – уже первые автобусы поехали, я думаю. Утро же…
– На вот тебе на проезд. – Борис порылся в карманах, извлек горсть мелочи и, отсчитав семь пятирублевых монеток, пересыпал в ладонь Барскому. – Даже с пересадкой доехать должно хватить.
Алексей Николаевич поднялся, по очереди крепко обнял всех троих своих новых друзей и, развернувшись, зашагал к выходу из сквера. Мыслей в голове не было, сознание его оставалось совершенно чистым, как при медитации. Он без труда отыскал «церквушку», которая оказалась Троицким собором, после чего Барский окончательно сориентировался и понял, где именно находится. Ехать на транспорте ему не пришлось, так как собор располагался в пятнадцати-двадцати минутах ходьбы от его дома.
Выданные Борисом на проезд монетки он положил в специальную шкатулку и хранил потом долгие годы как реликвию или драгоценность. Эта новогодняя ночь каким-то образом повлияла на него. После нее он стал немного другим человеком. Что-то в нем изменилось, пусть незначительно, но на каком-то глубинном уровне. Он стал по-другому смотреть на людей, стал иначе воспринимать их. Образование, успешность, социальный статус – все это больше не играло совершенно никакой роли в формировании его оценки того или иного индивида. Единственное, что теперь он пытался уловить и почувствовать в другом человеке, – это его душу. Именно душу, чем бы эта душа ни являлась – вечной и неуничтожимой Божественной Искрой или же всего лишь продуктом деятельности нейронов головного мозга.
5 Инвестор. Бизнесмен Роса так быстро исчезла, Как будто ей делать нечего В нашем нечистом мире. Исса
Большие зеленые цифры на электронном табло настенных часов показывали полдень. Алексей Николаевич проснулся, разбуженный включившейся на полную громкость плазменной панелью, занимавшей половину стены прямо напротив его кровати. Голос ведущего программы «Рынки» телеканала РБК обрушивался на него сразу из шести колонок. Едва продрав глаза, он оказался в самом эпицентре экономических событий, происходящих в мире.
– Доброе утро, Россия! Я проснулся!.. – бодро крикнул Барский, сбрасывая с себя одеяло.