— Всё же? — она улыбнулась, и не дождавшись ответа, встала из-за стола. — Я понимаю, Тсукико. Есть вещи, которые меня не касается.
С этими словами она собрала посуду на поднос и медленно пошла на кухню. Смотря ей вслед, не мог отвести взгляд от красивых бёдер, которыми женщина зазывно виляла из стороны в сторону.
Зараза, ведь специально соблазняет.
Но когда она скрылась в соседней комнате, я смог свободно вздохнуть.
Уф, эта чертовка всё же довольно привлекательная особа.
— Тсукико? — раздался её голос из кухни. — Можешь мне помочь?
Как я откажу?
Поднявшись с подушки, неспешно направился к ней. Но стоило повернуть за стену, как замер на месте.
Передо мной стояла полуобнажённая Иоко. Её тёмное, но прозрачное кимоно висело лишь на женских плечах, открывая взору аппетитные груди. Стройное тело так и манило ухватиться за него, прижать и впиться в губы моей бывшей наложницы. А она именно этого и добивалась, азартно размахивая кошачьим хвостиком.
— Тсукико, всё видно по твоим глазам, — тихо произнесла она и поманила пальчиком. — Иди ко мне и сделай то, чего желают наши тела.
Да чтоб вас!
Я на мгновение зажмурился, а потом, отмахнувшись от всех глупых мыслей, которые так и норовили забраться в голову, сделал шаг навстречу любовнице и протянул к ней руки.
Глава 10
Наши тела переплетались, словно ветви в кронах деревьев. По площади разносились сладостные стоны. Женщина сидела на мне и активно двигала бёдрами. Я же, упёршись руками о камни, помогал ей. Запрокинул голову и зажмурился от наслаждения. Глубоко входя в неё, срывал с пылких губ крики страсти. Она вцепилась в мою спину ноготками и слегка оцарапала кожу.
— Тсукико, — прохрипела Эми над самым ухом.
— Эми⁈ — я вздрогнул и разомкнул веки.
На мне продолжала восседать рыжая красотка с бледным лицом. Её глаза покраснели, а изо рта стекала тонкая струйка крови. Белое кимоно с огромным тёмно-красным пятном, в центре которого торчал нож. Всё так, как было на площади, за исключением занятия любовью.
Мы находились на том же месте, где она погибла, вокруг стояли ваны, чьи лица надёжно скрывали тени. Но я чувствовал, что на нас обращены сотни взглядов. Насмешливых и презрительных.
— Тсукико… — вновь прохрипела женщина, после чего вцепилась грязными ногтями мне в ноги.
Я закричал от боли, дёрнулся в сторону и… проснулся.
— Тише, тише, — кто-то принялся меня успокаивать, положив тёплую ладонь на грудь. — Всё хорошо.
Первые несколько секунд я не понимал, что происходит. И только потом осознал, что лежу на татами на чердаке своего нового дома. А рядом шепчет испуганная Иоко.