Оставив труженицу ведра и швабры мирно спать в обнимку с орудиями труда, я отправился на поиски нужной комнаты. Делать это предстояло аккуратно и очень тихо, так как у помещения, к которому я стремился, скорее всего уже стояла охрана. По нему-то я его и определил, забравшись в какие-то уже совсем сюрреалистичные подвалы концертного зала. Тут было сыро, эфирные светильники нервно мигали, а почти все двери, попадавшиеся мне, были заперты. В конце длинного коридора и стоял один из охранников Альтини, тут же повернувший голову ко мне. Изобразив потерявшегося слушателя, узревшего тупик в конце туннеля, я быстро прекратил нервировать бдительного охранника, отойдя за угол.

— «Один снаружи, двое внутри и… чувствую еще нечто живое. Еле живое», — поделился сведениями скучающий демон. Мой двойник в Камикочи изображал спящего, от чего почти всё внимание Эйлакса переключилось сюда.

— «Отлично», — удовлетворенно резюмировал я, вскрывая первую попавшуюся комнату, забитую полусгнившим реквизитом, — «А теперь подождём».

У наемников, охраняющих двери в нужную мне комнату, есть приблизительно 20–22 метра форы и необходимость смотреть только в одну сторону, что автоматически сводит все доступные мне варианты действий к штурму. Нет, конечно, будь на моём месте кто-то хитрый и опытный, то он бы мог попробовать, к примеру, пройти не по коридору, а по широким вентиляционным шахтам, благодаря которым здесь, под землей, не разливалось болото из-за повышенной влажности. Заодно по этим шахтам, проложенным по всему зданию, неплохо передавался звук, от чего вспомогательные команды рабочих с реквизитом вполне могли отслеживать время, когда им нужно будет приниматься за работу. Беда только в том, что все эти проходы забраны частой толстой решеткой, тихо вскрыть которую невозможно.

А еще я знал, что охрана обязательно отойдет, когда в комнату проникнут Пьерро Альтини и его ассистентка. Конечно, информации о взаимоотношениях великого скрипача с его наёмными работниками мне найти было негде, но с другой стороны… этот итальянец был демонологом.

Единственным и уникальным в своем роде. Даже, можно сказать, дважды уникальным.

Отец Пьерро, Адольфо Альтини, ничем не отличался от большинства представителей немногочисленного рода призывателей демонов. Кроме одной мелочи — не сумев оправдать своё воинственное имя, мужчина погиб во время атаки на другого демонолога, будучи банально расстрелян автоматроном. Следом за ним отправилась и вся семья, так как питая воинственные намерения и желая захватить чужие знания, Адольфо смог уговорить всех своих родственников на контракты в пользу увеличения собственного могущества. Пожизненные. Всех, кроме наследника, которому и пришлось расплачиваться за неудачу отца.