— Эм, успокойся, — сказал Вольф, подходя ко мне.
Я протянула дрожащую руку, безгласно умоляя его остановиться, и он остановился.
— Ты думаешь,я наделяю людей силой?
— Я не знаю, — спокойно ответил он.
Черт. Я не могла дышать. Вольф сделал еще один шаг ко мне, но я отступила, и он снова остановился, взглянув на Ли. Ответственность за наделение силами потенциально каждого, кого я когда-либо исцеляла, ощущалась как целая гора, нависшая над моей головой и угрожающая раздавить меня. Перед глазами все поплыло. Людям причинили бы боль ииспользовали, и это было бы…
Теплые руки обхватили мое лицо, и я удивленно моргнула, увидев лицо Ли совсем рядом с моим.
— Что ты слышишь прямо сейчас? — спросил он тихим голосом.
— Что? — Я задохнулась.
— Что ты слышишь? Скажи мне.
Я уставилась на него, сбитая с толку, но попыталась сосредоточиться.
— Птиц?
— Хорошо. Что еще?
— Почему?
— Просто порадуй меня секундочку, Веснушка, — пробормотал он. — Что еще ты слышишь?
— Собачий лай?
— Хорошо. Еще.
Я понятия не имела, что он делает, но я напрягла слух:
— Люди работают на той крыше, ветер… — Я остановилась, прислушиваясь. — Кто-то смеется.
Он ухмыльнулся мне, как будто мы оба были в чем-то замешаны, но я понятия не имела, в чем именно.
— Что ты делаешь? — спросила я.
— Тебе легче дышится?
Я сморщила нос, сбитая с толку, но мнестало легче дышать.
— Этому трюку нас научил Сэйбл, — объяснил он, все еще держа мое лицо в своих руках. — Сосредоточение на том, что ты можешь услышать, увидеть, попробовать на вкус илипощупать , — его большие пальцы выразительно погладили мои щеки, и по моим рукам побежали мурашки, — может помочь отвлечь твой мозг, когда ты паникуешь.
Я прикусила губу, разрываясь между чувством раздражения и смущения.
— Что тебя только что напугало? — спросил он, понизив голос.
Я попыталась отстраниться и оторвать свое лицо от его рук, но его пальцы сжались крепче. Этого было недостаточно, чтобы причинить боль, но достаточно, чтобы удержать меня там.
— Да, я держу тебя в заложниках, пока ты мне не скажешь, — ухмыльнулся он.
Я посмотрела на него так свирепо, как только могла, но он не отпустил меня. Я знала, что лучше не испытывать свою силу против его, поэтому сдалась и прошептала:
— Что, если Джак все еще жив?
Он удивленно моргнул.
— Это не так.
— Откудаты знаешь?
— Я знаю, потому что мы наткнулись на то, что осталось от лагеря Жнецов, вероятно, через пару дней или около того после боя. Я сам смотрел на мертвое тело Джака.
Облегчение, нахлынувшее на меня, заставило меня задрожать.
— Он определенно мертв, Эм, — добавил Вольф, напоминая мне, что онтоже был здесь.