Я уставилась на него, мое сердце бешено колотилось. Мне хотелось закричать на него, но я ненавидела крошечную эгоистичную часть себя, которая ныла от боли — которая хотела, чтобы Трей чувствовал то же самое.
— Так что вспомни об этом, Эмбер, когда в следующий раз решишь назвать меня злодеем, — сказал он мягким, опасным голосом, а затем исчез, как дым.
28
Я вскочила на кровати, судорожно хватая ртом воздух.
— Какого хрена? — пробормотал сонный голос рядом со мной, и я ахнула, отпрянув в сторону. — Это Ли, Веснушка. Это Ли.
Я не могла ответить, слишком сосредоточенная на попытках дышать. Кровать сдвинулась, когда он сел, и его теплые руки обхватили мои плечи. Я схватила его за предплечья и попыталась унять дрожь.
— Все в порядке, тебе просто приснилось, — прошептал он мне на ухо.
Я покачала головой. Нет, это был не сон.
— Ты в безопасности, Веснушка. — Теперь его голос звучал немного более бодро. — Я здесь.
Он крепко сжал меня, и болезненный звук сорвался с моих губ. Он тут же отпустил меня.
— Я причинил тебе боль? — требовательно спросил он.
— У меня просто спина болит, — прошептала я.
— У тебя болит спина? — повторил он. — Это нормально?
Я кивнула, но не хотела говорить о своей спине.
— Все в порядке.
Он вздохнул, но нежно обнял меня, потянув обратно на кровать и снова укутав нас одеялами. Казалось, уже почти рассвело, и темное небо начало светлеть. Он обнял меня своим телом, и я положила голову ему на плечо, сжав дрожащие руки.
Что это, черт возьми, было? Может быть, этобыл сон?
Нет, я знала лучше. Это никогда не был Трей.
Слезы наполнили мои глаза. Я не была уверена, лучше это или хуже, что это никогда не был он. Пытался ли он? Было ли это вообще возможно?
Как Сэм назвал его? «Ментальная Угроза»? Ментальная — точно подходит. Я была в ярости, что он притворился Треем. Он, блядь,поцеловал меня, и я поцеловала его в ответ. Он сказал «Я люблю тебя», черт возьми. Встреча с Треем разрушила хрупкий прогресс, которого я достигла,снова отправила меня по темной спирали, и это был даже не он. Мне хотелось закричать или разрыдаться, а может, и то и другое. Я думала, что достаточно хорошо понимаю, чего хочет «Ментальная угроза» и как он будет действовать, но теперь я снова была сбита с толку. Каждый раз, когда я общалась с ним, он был высокомерным, безрассудным и наделенным правами. Он не был ни тем, ни другим, когда притворялся Треем. Если бы он не оступился и не назвал меня «любимая», я, возможно, никогда бы этого не поняла. У меня по коже побежали мурашки. Как долго бы он продолжал притворяться?