Жестокая ухмылка появилась на его лице.
— Тебе действительно так хочется видеть кошмары о моем убийстве?
Я открыла рот, чтобы огрызнуться, но он продолжил.
— Точно так же, как тебе снятся кошмары о ноже в груди Джака? Или о крови, струящейся из шеи Мадам?
От страха мои вены заледенели, но я отказывалась отступать.
— Я с удовольствием буду видеть кошмары, если это помешает тебе причинить боль кому-нибудь еще.
Он тихо рассмеялся, отчего волосы у меня на затылке встали дыбом.
— Любимая, ты думаешь, я не знаю, что произошло сегодня вечером?
Я втянула воздух через нос.
— Это ты был в лечебнице?
Он усмехнулся.
— Нет.
Меня начало подташнивать, и я отчаянно пыталась притвориться, что это не так. Внезапно он грациозно поднялся на ноги, и я вздрогнула, но все еще держала его за руку. Его глаза сузились, и он шагнул в мое пространство. Теперь, когда он встал, я поняла, какой он высокий. Тени все еще покрывали нижнюю часть его тела, но они отскакивали от моего света. Я прекрасно понимала, что у меня нет плана отхода. Я боялась отпустить его руку, так как это, казалось, давало мне небольшое преимущество, но я также отчаянно хотела уйти.
— Достаточно запаха мыла Мадам, чтобы сломить тебя, и все же ты угрожаешь мне, — пробормотал он. — Я все еще не могу решить, храбрая ты, глупая или и то, и другое вместе.
— Это говорит человек, который прятался за тенями и угрожал мне, — усмехнулась я, распаляясь.
Выражение его лица помрачнело, и мое сердце подпрыгнуло к горлу. Мой глупый рот.
— Ты ничего не знаешь, — сказал он мягким голосом, от которого по моему телу пробежали мурашки. — Ты думаешь, что тебе не нужна моя защита, но ты понятия не имеешь, какие монстры обитают в темноте.
— Нет, я не хочу твоей защиты…
Его холодные пальцы схватили меня за подбородок.
— То, чего ты хочешь, не имеет значения. Ты моя.
— Я не твоя, — вызывающе выплевываю я, несмотря на охвативший меня страх.
Улыбка не коснулась его глаз.
— Он мертв, Эмбер, и он не вернется.
Боль пронзила меня.
— Это не имеет значения. Я всегда буду принадлежать ему.
Его глаза вспыхнули, и темнота навалилась, тяжелая и удушающая.
— Ты бы посвятила себя человеку, который умер и оставил тебя здесь одну?
— Он не выбирал смерть!
— Он также и не сопротивлялся.
— Его смерть положила начало восстанию, — повторила я слова Немо, хотя они причиняли боль. — Он помог освободить людей!
Тени вокруг него корчились и росли, и мой золотой свет внезапно показался мне маленьким.
— Что ж, тогда в этом разница между нами, — пробормотал он, наклоняясь ближе, — потому что я скорее позволю всему миру сгореть, чем брошу тебя. Я бы никогда не заставил тебя умолять последовать за мной навстречу смерти. Я бы никогда не пообещал любить тебя, а потом бросил.