— Не причиняйте им вреда! — Я ахнула, и тут земля взметнулась мне навстречу.
8
Я проснулась в незнакомой спальне.
Потолок надо мной был сделан из деревянных досок. Камин в другом конце комнаты был встроен в стену и обрамлен гладкими речными камнями. На стенах висели произведения искусства в рамках. Мне удалось повернуть свою раскалывающуюся от боли голову, чтобы увидеть, что я лежу на кровати с балдахином и…
Мак спал рядом со мной.
У меня перехватило дыхание, и слезы тут же наполнили мои глаза. Он сидел в кресле рядом с кроватью, его тело откинулось вбок, и его иссиня-черные волосы рассыпались по моей подушке. Его рука была вытянута вдоль кровати, кончики его пальцев соприкасались с моими.
Воспоминание о том, как в него стреляли, нахлынуло на меня.
Я повернулась, схватив его за руку, и он резко выпрямился, его широко раскрытые глаза встретились с моими. Он моргнул.
— Боунс… — он выдохнул мое имя с таким огромным облегчением, но я едва слушала.
— Ты в порядке? — Я ахнула хриплым голосом, мои глаза бегали по его телу, ища повязку, или кровь, или…
— Я в порядке, — он сильно сжал мою руку. — Боунс, я в порядке. Ты исцелила всех нас.
— Всех вас? — потребовала я ответа, мое тело все еще дрожало от паники.
— Всех. Все в порядке, — подтвердил он, и я поняла, что он так же внимательно изучает меня. Он снова встретился со мной взглядом, и я онемела от глубины его эмоций. — Боги, ты меня напугала.
Я уставилась на него, мое сердце все еще бешено колотилось.
— Ты была без сознания двенадцать гребаных дней. — Его голос стал грубым. — Я уже начал думать, что ты никогда не проснешься.
Должно быть, я ослышалась.Двенадцать дней? Я неуверенно села, и Мак помог мне поудобнее прислониться к изголовью кровати; он не отпустил мою руку даже после того, как я устроилась.
— Ты исцелила всех нас десятерых сразу, — продолжил он, и гнев наполнил его лицо, как грозовые тучи. — Даже твоего брата, который приставил гребаный пистолет к твоей голове.
О черт.
Он наклонился вперед, в его глазах вспыхнула знакомая ярость.
— Он говорит, что тыпопросила его убить тебя.
У меня пересохло во рту.
— Это правда?
Он выглядел таким сердитым.
— Боунс, — его голос понизился до пугающего тихого тона, — это правда?
— Да, — прошептала я, понимая, что не хочу ему лгать.
В его глазах вспыхнули искры, а челюсть напряглась.
— Ты думала, мы не придем за тобой? — требовательно спросил он.
— Я не… Я не… — Мой голос затих, оставив после себя тяжелую тишину.
— Боунс, — пробормотал Мак с болью в голосе, — я всегда буду приходить за тобой. — Его пристальный взгляд был прикован ко мне, и мое горло сжалось. — Всегда, — повторил он.