Обратный путь в лечебницу был долгим, и я не удивилась, когда мои ноги свернули с тропинки домой и привели меня на кладбище. Здесь было тихо, но я все еще могла слышать детский смех и слабые звуки музыки. Я встала рядом с могилой Трея и обхватила себя руками, но мои глаза оставались болезненно сухими. Мои воспоминания о Яме было невозможно отделить от Трея — его гнев переплетался с нежностью, когда он нес меня домой, грубая честность сквозила в его голосе, весь мир рушился, когда его губы встретились с моими.
Когда наступил конец света, человечество выжило. Я часто тосковала по тому, что было до того, о чем я читала в книгах, но некоторым людям приходилось просыпаться на следующее утро после конца света, вставать с постели и продолжать жить. Как они нашли в себе силы выжить, зная точно, что они потеряли?
Я снова попыталась почувствоватьчто-нибудь, хоть малейшую частичку его духа, но ничего не вышло. Мои плечи опустились, и все мое тело налилось тяжестью. Я хотела бы утонуть в грязи…
Звук позади меня заставил меня обернуться как раз вовремя, чтобы увидеть человека, вышедшего из темноты. Он направился ко мне, и я замерла, не сводя глаз с темного силуэта.
— Это всего лишь я, Так, — произнес низкий голос.
Облегчение захлестнуло меня, вызвав головокружение, но за ним последовал гнев. Я сердито посмотрела на него, когда он остановился рядом со мной.
— Ты в порядке? — спросил он.
— Ты следил за мной? — Огрызнулась я вместо ответа.
— Я просто хотел убедиться, что ты вернулась целой и невредимой.
— Это Вольф велел тебе следовать за мной?
— Он хочет обеспечить твою безопасность…
— Если вы собираетесь вести себя как заносчивые придурки, то могли бы, по крайней мере, бытьчестными в этом, — прошипела я, протискиваясь мимо него и выбегая с кладбища.
Мне показалось, что я услышала его смешок, который разозлил меня еще больше. Он последовал за мной обратно в лечебницу, но внутрь не зашел. Я смутно надеялась, что его заживо съели комары, но тишина лечебницы казалась гнетущей, когда я мыла лицо и чистила зубы. Я выключила свет, взобралась по стремянке и машинально переоделась в пижаму, прежде чем забраться в постель. Прошло совсем немного времени, прежде чем вернулись Вольф и остальные.
Так поприветствовал их с крыльца, и Вольф спросил, все ли у него получилось. Мое лицо вспыхнуло, когда Так объяснил, что видел меня на кладбище.
— С ней все было в порядке? — спросил Вольф.
— Она не плакала, просто стояла там. Наверное, мне следовало оставить ее в покое, но она так долго не двигалась, что я забеспокоился. Как только она увидела меня, то разозлилась. Сказала, что мы «властные придурки».