— Ты накачал меня наркотиками.
Кажется, мне удалось сказать, но очередная волна головокружения заставила меня снова зажмуриться.
— Дорогая?
Я вскинула голову и уставилась туда, где на поляне стоял Трей, мягко улыбаясь.
— Ты в порядке? — спросил он, нахмурив брови.
Я молча уставилась на него. Это был трюк. Так и должно было быть. Это снова был «Ментальная Угроза».
— Эй, — он шагнул вперед и присел передо мной на корточки, взяв меня за руку. Я чувствовала тепло его кожи, прикосновение мозолей. — Что случилось?
— Я знаю, что это не ты, — прошептала я.
Он нахмурился.
— Что?
— Перестань притворяться им. Я знаю, что это не он.
— Боунс, о чем ты говоришь? — Его рука откинула волосы с моего лица, и я не смогла удержаться, прижалась к его руке, слезы выступили у меня на глазах.
— Это не по-настоящему. Это не по-настоящему, — прошептала я.
— Эй, иди сюда, — сказал он, усаживая меня к себе на колени и обнимая своими сильными руками.
Я закрыла лицо руками, пытаясь напомнить себе, что это не Трей. Он поцеловал мои волосы, а затем щеку.
— Ты дрожишь, — сказал он.
Рыдание вырвалось из моих стиснутых зубов.
— Посмотри на меня, — пробормотал он, отводя мои руки от лица.
Я посмотрела в его мягкие карие глаза, наполненные солнечным светом, любовью и заботой.
— Что случилось, дорогая?
— Ты ненастоящий, — хотела крикнуть я, но получилось еле слышно.
Он нахмурился, сбитый с толку, и в его глазах была небольшая обида, которая пронзила мое сердце.
— Боунс, ну же, это я.
Я слезла с его колен и попятилась.
— Нет. Нет, это не так.
Он шагнул ко мне, и когда я снова отступила, он остановился.
— Боунс? Эй, что…
Раздался выстрел, и он отшатнулся назад. Его руки прижались к сердцу, где кровь быстро текла сквозь пальцы вниз по рукам. Инстинктивно я побежала к нему, мое сердце подпрыгнуло к горлу.
— Я люблю тебя, — прохрипел он, не сводя с меня своих карих глаз.
— Нет! Трей! — Я бросилась к нему, когда он начал падать, но он исчез в черном дыму.
Волна головокружения захлестнула меня, когда я приземлилась на четвереньки с пустыми руками из-за инерции. Я хватала ртом воздух, пытаясь сдержать тошноту.
Это ненастоящее. Это, блядь, ненастоящее.
— Эмми!
Мое сердце остановилось при виде Дюна, бегущего ко мне. Все его лицо озарилось улыбкой. За последние двенадцать лет у меня было много снов и кошмаров о моем брате, но никогда не было таких четких. Я забыла, что у него была единственная веснушка на правой щеке и крошечная щель между двумя передними зубами. Он подошел прямо ко мне, когда я замерзла на земле, и схватил меня за руки, поднимая на ноги.