— Почему?
Он моргнул, нахмурив брови.
— Что значитпочему? Потому что ты моя сестра.
Сбежавшая слеза скатилась по моему лицу.
— Ты думаешь, что яубила Дюна.
Боль, отразившаяся в его глазах, была глубоким колодцем эмоций.
— Ты все еще моя сестра, что бы ты ни сделала.
Неважно, что ты натворила. Но как я могла убедить его, чтоне делала этого?
— Я практически вырастил тебя, — добавил он.
Он действительно воспитывал меня. Я не могла вспомнить, чтобы папа когда-нибудь что-нибудь делал.
— Та девушка, которую ты вырастил, мертва. — Мой голос был таким же пустым, как и моя грудь.
Его ноздри раздулись, а в голосе послышался гнев.
— Эмбер.
— Нет, Вольф, это не так.… Я говорю это не для того, чтобы разозлить тебя. Я просто пытаюсь быть честной. Она ушла.
На его лице отразилась смесь отчаяния, ярости, вины и беспокойства, а голос дрожал, когда он заговорил.
— Где ты была? Откуда ты знаешь метку Бешеного Пса?
— Вольф…
— Кто, блядь, заклеймил тебя?
Я опустила глаза в землю.
— Кто, Эм? — Его голос был таким мрачным.
— То, что ты называешь меня убийцей, ранит сильнее. — Онемевшие слова слетели с моих губ, когда я снова встретилась с ним взглядом.
Он отшатнулся, в его глазах промелькнул ужас.
— Я не…
— Я знала, что ты мне никогда не поверишь, — продолжала я. — Я поняла это, когда увидела твое лицо на той крыше. Ты увидел Дюна и меня и решил, что я убила его, и я знала, что ты никогда даже не подумаешь ни о чем другом.
— Эмбер… — попытался он, его голос был резким.
— Вольф, ты на самом делеслушаешь или просто ждешь, когда я признаюсь? — Я перебила: — У меня нет доказательств, кроме моих слов, и я знаю, что для тебя это ни хрена не значит, так в чем, блядь, смысл? Я так… Я такустала.
Мускул на его челюсти напрягся.
— Просто убей меня здесь. Пожалуйста? Клянусь, я не пытаюсь обмануть тебя. Я просто… — Мое горло сжалось, и я изо всех сил попыталась вернуть себе самообладание. — Я так больше не могу.
— Тыхочешь , чтобы я тебя убил? — Его голос стал устрашающе лишенным эмоций.
Я немного поколебалась, мое сердце сжалось при мысли о моей команде.
— Да.
Он медленно вытащил пистолет. Мое сердце подпрыгнуло к горлу, но я не двинулась с места.
— Тыхочешь , чтобы я пустил тебе пулю в голову прямо здесь и сейчас?
Он мягко приставил пистолет к моему виску, и воспоминание о том, как Мадам делала то же самое с Треем, вспыхнуло в моей голове. Мои глаза наполнились слезами, но я говорила убежденно.
— Да.
Он уставился на меня, все еще приставляя пистолет к моей голове, слегка нахмурив брови.
— Я не пытаюсь обмануть тебя, — выдавила я. — Просто сделай это.