В этот момент перед глазами у меня поплыло. Голова закружилась, в районе бока вспыхнула острая боль. Теряя равновесие, я успел подумать: «Ну вот и допился, поджелудка уже ни к черту!» Попытался было ухватиться рукой за раковину, но ее не оказалось в том месте, где ей надлежало быть. Продолжил падение, с ужасом и какой-то обреченностью ожидая столкновения с полом, но его все не было и не было. В смысле, пола не было. Вообще ничего не было!..
И тут словно дернулся за спиной парашют, останавливая падение. Резко впились в тело какие-то ремни, какие-то лямки. От головы до самых пяток прошла омерзительная дрожь-судорога, и я выгнулся в рвотном позыве. Но не смог даже выдохнуть. И вдохнуть тоже не мог! Это длилось… Без понятия, сколько это заняло объективно времени, но на внутренних часах прошла целая вечность. Или половина вечности, что, как известно, все равно очень и очень много.
А потом раздался голос. Не Голос, который я в общем-то был готов услышать, хотя никаких признаков светящегося туннеля не наблюдал, а обычный человеческий голос. Очень знакомый.
— Слышит?
И другой, ставший почти уже родным, ответил первому:
— В сознании, да. Слышит.
— Ну, тогда давай знакомиться, пришелец. Официально, так сказать.
Я открыл глаза. Надо мной, пристегнутым к кровати наручниками, стоял князь Благовещенский.