Сдавать я его не спешил. Пусть на крючке повисит, может, пригодится еще. Как — без понятия! Но в бытность пресс-секретарем я был свидетелем нескольких историй, когда начинающим чиновникам специально давали возможность замазаться в чем-нибудь неблаговидном вроде нецелевого использования бюджетных денег. А потом намекали, что все об их подвигах известно, но не наказывали при этом. Зачем? Человек продолжает работать, а порой лучше, чем прежде, да еще обзаводится поводком с ошейником.
Этого же и замазывать ни в чем не нужно — сам все сделал. Не воспользоваться таким — грех.
— Ну что? — спросил я у Самойлова, когда мы вышли на улицу. Несмотря на осеннюю свежесть воздуха, мне было душно. Так у меня всегда бывало, когда окунешься с головой в некую мерзость, преступлением вроде бы и не являющуюся, но серьезно подрывающую веру в человека, как в разумный вид. — Получается, что твой меценат — наш купец?
— Чего это он мой? — беззлобно огрызнулся Глеб. Вздохнул и добавил: — Выходит, что так.
Глава 19 Ведьмак
Осень я люблю, особенно раннюю. С моей точки зрения, у этого времени года есть только один недостаток — начинается сокращение светового дня. Еще не настолько заметное, как зимой, но уже подающее сигналы — скоро в шесть будет темно, дорогой друг. Скоро ты будешь начинать день в темноте и заканчивать в ней же. Привыкай уже. Скоро… Пока еще только вечереет…
В остальном же сентябрь — лучший месяц в году. Уже не жарко, но еще не холодно. Ты не мерзнешь, но и не потеешь. Воздух — чистый хрусталь. Желтеющая листва своей беззащитностью трогает какие-то струны в душе даже законченного сухаря и прагматика. Но главное — карманы.
Да-а! Осенью в жизни каждого нормального мужчины вновь появляются карманы. Много карманов. Для ключей, для телефона, для бумажника, для сигарет и зажигалки, если вы, конечно, еще курите. Есть куда сунуть листок с записанной информацией, платок или пачку салфеток, сгрузить мелочь, полученную на сдачу… В общем, только фантазией человек ограничен в использовании карманов.
И ведь подумать только — летом мы этого лишены! Мы вынуждены таскать с собой борсетки, эти нелепые поясные сумки-кенгурятники, сумки через плечо, а самые стойкие из нас — набивать два кармана брюк всей необходимой повседневной мелочовкой. Отчего сразу становились похожи на пацанов, стащивших из дома конфеты. А осенью — никаких проблем! Легкий пиджак — три кармана, брюки — два, а если использовать задний, то и три! Более чем достаточно.
Вот о чем я думал, закончив разговор с князем и убрав телефон во внутренний карман пиджака. Неуместная мысль, согласен, но что ж делать? Мозг перегружен, вот и встряхивается, как собака после купания. Летящие в стороны капли и есть подобные мыслительные этюды. Так что я на мозг не в обиде — понимаю.