Там он нас и встретил. Одетый в цветастый халат из шелка, в специальной шапочке, держащей волосы, и с пачкой бумаги в руке. Высокий, с белым лицом, на котором темно-русая борода казалась приклеенной, и испуганными глазами.

— Игорь Сергеевич! Очень, очень рад! — прогудел он. Голосище у него и правда был мощным, но из-за звучащей в нем угодливости разом терял все обаяние. — Чем, так сказать, обязан?

А глазки так и метались с меня на Самойлова, с него на дядю Ваню. Я решил, что мы теперь разделяться не будем и везде ходим вместе. Обжегшись на молоке, я, согласно поговорке, дул на воду.

— Обсудить с вами, Иван Эдуардович, один щекотливый вопрос, — голосом кагэбэшника из американского фильма начал я свою партию. — В частности, ваши контакты в Африке.

Несколько поступлений на его счета были проведены оттуда, как выяснил Алмаз. Что и показалось Глебу подозрительным: Черный континент был здесь своеобразным Диким Западом. Территорией, на которой бо́льшая часть международных законов терялась в джунглях, пустынях и скалах. Именно там, считалось, Потрошители держали штаб-квартиру. Непонятно только, где именно, иначе бы на том месте моментально появился разлом — никто из владетелей не жаловал похитителей.

Глаза Пупкина заметались с такой скоростью, что мне даже показалось, будто сейчас они вылезут на стебельках из глазниц, как у краба.

— Я? Мне? Что вы такое говорите? Откуда? Из Африки? А по какому праву? — Последняя реплика певца набрала силу и прозвучала обличительным гласом. Столько в ней было силы и убеждения, что я даже на миг задумался: а правда, какое я имею право задавать такие вопросы и лезть в жизнь уважаемого члена общества?

Что-то мне говорило, что данный персонаж к Потрошителям отношения иметь не может. Не может, и все тут! Но отработать версию требовалось до конца, чтобы потом не рвать на голове волосы.

— Просто скажите мне, что это за деньги и от кого они получены, — надавил я.

— Это, знаете ли, ни в какие ворота уже! — продолжил благородное негодование Пупкин. — Я буду жаловаться! До князя дойду! Вы еще узнаете, что такое Иван Пупкин!

— Дядь Вань? — игнорируя рев артиста, обратился я к наставнику. — Что с его аурой?

— В ужасе, — откликнулся тот. — В панике. Что-то с этими деньгами не так.

Переведя взгляд на певца, я сделал выразительное лицо. Видите, мол? Человек на вашу ауру смотрит. В самую, что называется, суть. И видит, что вы запираетесь и врете, Иван Эдуардович. Врете и запираетесь.

— Да как вы смеете?.. — побелев лицом еще больше, промолвил Пупкин. — Это незаконно!..