— Надо жандармов вызвать, — тараторил он по пути к машине. — Пусть приберут. Да и князю позвонить надо, он не любит последним новости узнавать.
— Угу, — бормотнул я в ответ, напуская на себя вид крайне задумчивый. — Вот и займись. А мне подумать надо.
Водитель кивнул, приказ, как я и рассчитывал, не вызвал у него никакого удивления.
— И давай заедем куда-нибудь переодеться. Ты меня всего кровью забрызгал.
— Простите, Игорь Сергеевич! На инстинктах же, не думал совсем! Тут ваша матушка неподалеку живет. К ней?
Глава 3 Мать боярина
У нас после стрельбы уже все кишело бы силовиками. Носились бы, опрашивали, растягивали заградительные ленты. Бродило бы с важными лоснящимися лицами начальство, отчитывались злые от усталости опера. А тут — тишина! В смысле, люди разбежались, а полиции нет! Хотя вру. Вон в отдалении завыла сирена — едут правоохранители! А ведь не захолустье, престижный район, у нас «Золотой милей» назывался. Могли бы и поспешить!
Водитель, сменив возбуждение на маску бесстрастности, как и положено сопровождающему важного лица, занялся решением вопросов. С полным, как я видел, пониманием собственной безнаказанности. Будто бы это не он сейчас поубивал голыми руками кучу народу! Приехавшей полиции сунул под нос какую-то ксиву, поставил задачи по оцеплению — с такой уверенностью, будто право на это имел, — и спокойно вернулся к машине. Да, тут многое по-другому…
Власть — она, конечно, в любом из миров одинакова. Как и люди, которые эту власть воплощают. Что положено Юпитеру… Но у нас так откровенно не было.
Меня после схватки с триадой на удивление не трясло.
Тем временем я позвонил князю. По зрелом размышлении решил не перекладывать эту почетную обязанность на абрека.
— Триада, наверное, Николай Олегович. Нет, живых не осталось. Сразу, как от посла вышли, да. Понял. Да. Хорошо. Только заеду переоденусь — и сразу к вам.
Голосом я выражал абсолютное спокойствие. Само хладнокровие, мать его! Нужно держать лицо перед людьми, которые меня знают. Пусть думают, что попытка меня убить — привычное для обер-секретаря дело. И летающий по воздуху огонь. И страшная смерть шести человек у него на глазах.
— Сам-то не пострадал? — Вопрос был задан самым последним. И явно формально. То ли князь был абсолютно уверен, что шестеро убийц для его правой руки не угроза, то ли плевать ему было.
— Нормально. Водитель помог.
— Мишико?
— Угу… — Ну надо же! Грузин! Я думал, чечен какой или абхазец. Хотя я ведь в кавказцах совершенно не разбираюсь. Вот китайца от корейца или вьетнамца отличу. Сказывается жизнь на Дальнем Востоке.