— Заказ не через триаду проходил, — сообщил Глеб, едва я появился на пороге комнаты. Он все так же сидел на подоконнике, уверенный в том, что я по-прежнему держу щит. Что, в принципе, было верно — я про него забыл. — Я с Витей списался, он подтвердил.

— А что, только через триаду можно? — рассеянно ответил я. Меня не то чтобы очень интересовал ответ на этот вопрос, скорее, я задал его по инерции.

— Нет, конечно. Просто через минцев проще и надежнее. Но тот, кто послал стрелка, действовал другим путем.

— А-а, — протянул я без выражения. — Слушайте, вы как хотите, а я тут оставаться не хочу. И окно разбито, и вообще…

— Да не боись! — отмахнулся Глеб. Меня он понял по-своему. — Я считаю, что это не в тебя стреляли, а в меня. Ход Арцебашева.

Дядя Ваня вошел в дом с балкона, держа в руках веник. И начал сметать битое стекло, шикнув предварительно на следователя, чтобы он ноги поднял.

— Точно? — Хотя какая разница. Люди становятся одинаково мертвыми вне зависимости от того, являются они целью или просто стали случайными жертвами. Да и не смогу я спать в доме, где меня недавно хотели подстрелить.

— Скорее всего. Сам подумай. Никто не посылает снайпера на ликвидацию мага твоего уровня — бессмысленная трата ресурсов. Что ты успешно подтвердил: почувствовал взгляд и закрылся от выстрела щитом. А вот меня подстрелить можно легко и просто. Моему дару до твоего далеко. Так что, рассуждая логически, целью был я.

— Арцебашев узнал, что ты вышел, и запаниковал? — Я нашел возле стола сумку и убрал туда ноутбук.

— Вроде того. Дал стрелку мое фото, тот меня проследил, и когда выпала возможность — атаковал. Мне очень повезло, что ты смог к дару обратиться.

— Это такая форма благодарности?

— Ну ты и свою шкуру спасал. А ты куда собираешься?

Вопрос Глеба застал меня возле встроенного в стену шкафа с одеждой. Слушая его вполуха, я занимался тем, что собирал вещи.

— Говорю же, съехать отсюда хочу. Есть в городе гостиница приличная?

— А смысл?.. — вопросил было Самойлов.

— «Албазин» лучше всего, — подал голос наставник, продолжая сосредоточенно сметать осколки в кучку. — И стоит на особицу, и охрану свою имеет, ну и роду княжескому наполовину принадлежит. Самое оно.

Албазин? Это вроде название, князь упоминал в разговоре. Мол, отправить Антона в Албазин, пока все не рассосется. В гостиницу, что ли? В моем мире Албазин был деревней-музеем, в память о казаках, начавших захват новых земель. А здесь?

«А здесь это княжеская крепость, — в ухо мне проговорил безмолвной речью старик. Размышляя, я не заметил, как стал проговаривать мысли четко. И забыл про действие „датских капель“. — Родовое гнездо. Самое надежное место, куда в случае опасности детей прячут. А гостиница — в городе. В честь княжеской крепости названа».