— И кто же этот человек? — чуть было не подскочил на кресле государь, — Как фамилия⁈

— Я отвечу на твой вопрос, но не раньше, чем ты на мои два, — никуда не торопясь, подлила себе Мария Фёдоровна сливок в чай, — Так как они связаны меж собой.

— Что нужно? — по-военному коротко, рубанул Александр, нетерпеливо глядя на мать.

— Решить одно дело, исключительно к пользе казны, а никак не в ущерб ей, — пододвинула она ему блюдо с рогаликами, щедро посыпанных маком и сахарной пудрой. — Убыточное поместье Велье, которое ни разу ни от кого из претендентов прибыли в казну не принесло, попробовать продать в рассрочку и сделать прибыльным для Империи.

Недоверчивый Александр не постеснялся проверить слова матери, на что она лишь благостно кивнула головой, признавая правильность его поступка, когда он знакомился с бумагами.

— Это что же они там такое творили, раз такие убытки! — сокрушённо помотал государь головой, умело вычленив в документе итоговые цифры финансовых потерь, — Аракчеева на них нет!

— Не самые глупые люди работали. И не справились. Значит были на то причины, — заметила матушка, нацеливаясь на яблочный штрудель.

— И ты думаешь, что твой Ганнибал-Пушкин из этих болот хоть какие-то деньги вытянет? Я ведь проверю, — дал понять матери Император, что у Аракчеева не забалуешь.

Он за всеми следить успевает и всё знает. А самое нужное всегда успевает Александру Первому докладывать.

Но опростоволосился Алексей Андреевич в этот раз!

Ни про новый талант ничего не узнал, ни про поместье Велье материал не приготовил. Хотя — всё это мелочи, на фоне рождения Имперской артиллерии нового вида и уровня! Этож такие перспективы, что дух захватывает!

— Матушка, дозволяю вам с поместьем Велье поступать по собственному усмотрению, исходя из лучших условий для сбора налогов или выплат в казну, в случае его выкупа. Лично отдам распоряжение в канцелярию, чтобы с любыми вопросами поместья не тянули, решая их в день поступления, — по-военному чётко доложил матери Александр, решительно поднимаясь из-за стола.

— Граф Сергей Григорьевич Строганов у нас нынче в уникумах, — выполнила Императрица свою часть негласного договора. — Не упусти. Приблизь его к себе хотя бы до флигель-адъютанта для начала, — с лёгкой улыбкой дала она сыну не самый плохой совет, но очень неоднозначный.

Не все дела её сын и его верный пёс Аракчеев вершат к пользе страны. Где-то перегибают, а чаще, нерешительно и беспомощно топчутся, в основном по вине Александра.

Не воспитал пока ещё сын под себя тот механизм исполнителей, которые были бы способны страной управлять, не доставляя ему особых забот. Виной тому его недоверчивость. Это только со стороны кажется — сказал государь что-то этакое, и так оно и будет.