— Ой, да ладно тебе, князь, — сказала подруга. — Тебе уже волк кусок из этой же руки вырывал.

— И то верно, — кивнул ей, доставая из инвентаря **зелье исцеления**. — Но согласись, ощущения не из приятных, когда в тебе что-то постороннее ковыряется.

— Хорошо, что я не такая.

Я покачал головой и выдавил улыбку, затем выпил зелье. Рана через несколько секунд выглядела немного лучше, но Лара все равно потратила несколько минут, чтобы перевязать ее.

Затем мы с нею быстро вернулись в пустой дом и спустились в подвал.

— Боги праведные… — сглотнула Лара, как только увидела тигролюдов.

Вонь нечистот и отчаяния ударила в нос. Я снова оглядел группу. Все они были примерно на тех же местах, что и раньше. Измученные лица, потухшие глаза. Верига превратил их в сломленных животных.

Но они были живы. И это главное.

— Мы не причиним вам вреда, — уверенным голосом сказал заключённым. — Мы вытащим вас всех отсюда.

Их усталые глаза не изменились; в них читались лишь недоверие и скептицизм. Сколько раз им обещали свободу, а потом предавали? Судя по всему очень много.

В их взглядах застыла та особая осторожность, которая появляется у существ, слишком много раз обманутых.

— Я не виню никого из вас за то, что вы не верите ни единому моему слову, так что… Просто поднимайтесь, когда будете готовы.

Один из тигролюдов, пожилая самка, медленно подняла голову и посмотрела на меня. В ее взгляде что-то дрогнуло. Не знаю, что именно — усталость от ложных обещаний или просто желание поверить хоть во что-то.

Мы с Ларой вернулись наверх и вышли на улицу. Скоро должно было взойти солнце.

* * *

Несмотря на то, что у меня все еще не было способа определять время, я прикинул, что прошло минут двадцать, прежде чем тигролюды наконец вышли из подвала.

К тому времени мы перетащили тела Вериги и его четырех охранников за ограду, сложив их останки в кучу. У нас не было времени их хоронить, но угрызений совести на этот счёт не было. Они не заслуживали погребения, а лесные звери позаботятся о том, чтобы их останки исчезли, как только учуют запах свежего мяса.

Вымыв руки у колодца, мы достали немного мяса и сыра, оставшихся в хранилище караульного домика. Еда ждала тигролюдов, как только они покинули подвал и вышли на землю.

Я не знал, что делать с телом тигролюда в подвале. С одной стороны, он заслуживал достойного погребения, но может у этой расы не принято закапывать сородичей в землю. Спустился вниз с одеялами, на которых мы спали, и завернул его тело, как следует укрыв, прежде чем решить, что делать дальше.

Тигролюды разрывались между желанием наброситься на еду и стремлением высмотреть любую опасность вокруг. Я не мог представить, через что им пришлось пройти в рабстве, чтобы заслужить такой постоянный страх. Даже на свободе они инстинктивно искали угрозу в каждом движении, в каждой тени.