Оставили экипаж на нижнем уровне у входа, под бдительным взглядом двух гоблинов-охранников. Сурово напомнил им:

— Содержимое фургона под контролем. Смотрите мне.

После этого я с девушками продолжил исследовать Бухту ещё час.

— Почти всё, — прозвучало, когда с верхнего уровня открывался вид на закат над морем и городом. — Солнце садится.

— Хорошо, что мы выкупили здесь квартиру, — напомнила Лара. — Может, заночуем там?

— Самое время использовать её по назначению, — поддержала Забава.

— Уверены, что в ту кровать влезем? Дома спасает размер, здесь на много теснее.

— Справимся, — Лара подмигнула. — Не беспокойся.

— Если ты так считаешь… Только я не буду тем, кого под утро выгонят спать на пол.

— Это исключено, — улыбнулась Стефания. — Но осталась ещё одна покупка, без которой не обойтись перед возвращением.

— Какая именно?

— Что-то для нашего ужина с солнцепоклонниками, — ответила Забава. — На самом деле, нам нужно несколько вещей.

— И что же это за вещи?

— Это испортило бы сюрприз, — откликнулась Иляна, незаметно скользнув ладонью по щеке.

Взгляд скользнул по четырём жёнам; на лицах узнаваемые, полные тайны улыбки.

— Судя по вашим лицам, всё уже решено, — скользнула усмешка. — Надеюсь, сюрприз не опустошит казну и не обернётся мне клинком под рёбра от солнцеликих.

— Благодарим за доверие, господин, — Забава кивнула и, увлекая за собой девушек, исчезла в вечерних улицах — довольные, явно одобрив мою реакцию. — Мы не задержимся.

Четверо жён всё чаще действовали как слаженный отряд — и, стоит признать, в спальне это работало только на руку: четыре яркие женщины, каждая со своим огнём, соперничали за внимание. Разве можно на такое жаловаться?

Любопытно было наблюдать, как между ними возникал тонкий, но прочный союз. Стефания — дочь фермера и богослова; Забава — бывшая рабыня тигролюд; Лара — свободолюбивая охотница; Иляна — водная нимфа. У каждой — свои тайны, свой характер, но вместе они становились больше, чем просто сумма человеческих судеб.

Бухта Буеграда дышала закатом; последние отблески солнца скользили по мачтам, отражались в мутной воде. Без девушек и Кузьмы у меня оставался час свободного времени. Редкая возможность потратить его на себя.

Княжеский долг редко давал передышку: земли требовали постоянного внимания, свободное время — роскошь. Всё необходимое уже было куплено, кроме загадочных покупок жён; теперь можно позволить себе неспешную прогулку.

Торговцы вылавливали последних клиентов, на ходу выкрикивали заманчивые предложения, но золота за этот день потрачено уже достаточно. Хватит и на месяц.