— Улица сквозная, планировка приличная, — сообщила она. — Росс, тебе бы понравилось: воевать не надо, стоишь, смотришь, как другие надрываются.

— Я вообще-то первым в бой просился.

— Ну-ну, — рассмеялась Мара.

Тем временем по центру за майором увязался вражеский шагоход: майор отходил тяжело, вперевалку, подставляя борт, — со стороны это смахивало на агонию.

— Клюнул, ведёт меня, — сказал майор. — Хейл, перекрёсток у водокачки. Три секунды.

— Жду его, родного.

— Идёт, — вёл цель Финн. — Пять секунд… три… на перекрёстке.

Камеры выдали момент до полушага. Едва чужая машина вывалилась из-за угла, Хейл ударил из-за сараев в сочленение ноги. Шагоход осел на перебитую опору, майор развернулся на месте и всадил очередь в упор, под срез башни. Последним выстрелом умирающая машина всё же пропорола майору броню с правого бока.

— Царапина, — бросил майор.

— До свадьбы заживёт, — согласился Хейл.

Дворами, в обход шагоходов, полезла пехота Десмондов, и тут же упёрлась в егерей Роука. Камеры дворов и ворот показывали каждый проход. Роук пропустил передовую группу в глубину двора и закрыл его огнём с двух сторон. Он яростно обрушивал огонь, сжигая серо-синюю броню врага.

— Куда, родимые? Это вам не с воздуха по спящим…

Последние двое побежали назад, к своим. Роук двинулся следом.

— Роук! — осадил Клегг. — Не увлекаться, держи позиции. Счёты сведешь потом.

— Дай хоть проводить…

— Коридор, Роук!

Десмонды вскоре сообразили, что их видят. По улицам поползли дымовые завесы, защёлкали выстрелы по камерам — по крышам, по столбам, по распределительным коробкам. Штурмовые группы пошли напролом через дома, где слежки не было. Одна из картинок дёрнулась на глазах у Вика, поймала вспышку и умерла. За ней вторая. Камеры выходили из строя одна за другой: слепые пятна у мельницы и за пекарней.

Именно оттуда вышел противник. Группу во фланге второго поста Финн поймал соседней камерой уже на развороте для броска.

— Справа, за пекарней! Секунд пятнадцать!

— Второй пост — назад, за каменный амбар! — скомандовал Вик. — Бросай позицию, живо!

Добивание отменилось само собой. Егеря успели уйти, позиция досталась врагу без боя — внутри у Вика всё скрипело, но людей он сохранил. И всё же бой перевернулся: три кроулера горели на улицах, вражеские шагоходы дрались поодиночке, разрезанные пехотные группы метались, не зная, где соседи. Дорога к поместью осталась закрытой.

Между приказами Вик снова вызвал Эль. Тишина — даже треска нет. Выждал, вызвал ещё раз. Ничего.

— Командир, мы на антенной площадке, — доложил штурмовик. — Северное крыло прошли. Её здесь нет. Никого нет. Ищем дальше.