Голубая табличка мигнула, но я не стал на неё смотреть. Всё моё внимание сосредоточено на окне.
Тень остановилась.
Секунда. Две. Три.
Глава 6
Треск прекратился так же внезапно, как и начался. За окном осталась только мутная серость, смог, пыль и тишина.
Фатис не опускал арбалет ещё несколько минут. Стоял, напряжённый как струна, и смотрел на изуродованное стекло.
Наконец он выдохнул. Медленно, словно только что с его плечей сорвался тяжкий груз.
— Ушла, — пробормотал он. — На этот раз… Ушла.
— Что это было? — спросил я.
Он покосился на меня, но ответил не сразу, словно подбирал слова.
— Кварцевый ревун, — ответил он коротко. — Молодой, судя по звуку. Взрослый бы не стал просто так уходить.
Кварцевый ревун — скорее всего, какая-то дрянь, что-то типа монстра. В целом, понятно, но не понятно одно — как эта хрень оказалась прямо перед лавкой Лотрака?
— Они часто приходят? — спросил я.
Фатис пожал плечами. Опустил арбалет, но не убрал, а положил на прилавок в пределах досягаемости.
— Во время бури да. Шум маскирует их движение. Обычно они охотятся за стенами, но иногда… — Он не договорил. — Ладно. Буря стихла. Иди, жри, я останусь в лавке… Главное, возвращайся быстро, пока не началась следующая.
Посмотрел на окно, теперь украшенное паутиной трещин, потом на дверь, после чего спросил:
— Куда идти?
— Налево по улице. Пятый дом. Вывеска с котлом. Скажешь, что от Лотрака, и тебя накормят.
— Спасибо.
Он фыркнул.
— Не благодари, просто не сдохни по дороге. Старик будет недоволен, если его новый подмастерье не доживёт до первого урока.
Я не стал отвечать и направился к двери, без задней мысли толкнул её и шагнул наружу.
* * *
Улица встретила меня оглушительной тишиной.
После бури воздух казался почти прозрачным, если не считать обычного смога, который висел над городом, как проклятие. Пыль осела на камни мостовой, покрыла стены домов, забилась в щели между булыжниками. Всё вокруг было припорошено тонким слоем серо-жёлтой взвеси.
Я сделал несколько шагов и остановился, давая глазам привыкнуть.
Ржавый Пояс днём выглядел не лучше, чем ночью. Те же двухэтажные дома из тёмного кирпича, трубы над крышами, исходящие дымом, закрытые ставни, те же грязные улицы, тот же гнетущий запах серы и металла.
Но теперь, по крайней мере, здесь были люди.
Их не так много, но сейчас я не один и страх, появившийся в груди перед неизвестностью, немного отступил.
Фигуры, закутанные в серые и коричневые одежды, пробирались вдоль стен, стараясь держаться подальше от открытого пространства. На лицах у всех повязки, похожие на мою. Некоторые несли корзины, другие толкали тележки. Третьи просто шли, опустив головы, словно хотели слиться с грязью под ногами.