Согласно отчётам покойного Гуннара, Эйнджела всегда присутствовала при допросах и казнях, но не выказывала ни сочувствия, ни жалости. А значит, и для неё месть ещё не утратила ценности и может мобилизовать, заставив вернуться к работе.
— Я отплачу, — мутные до того глаза Эйнджелы прояснились и зло сузились. — А потом брошу всё это дерьмо. Начну новую жизнь.
— И чем займёшься? — полюбопытствовал Хоар, ободрённый реакцией девушки. — А то твоя сестра горит желанием продолжать работу. Тренируется днями напролёт, приятно меня удивляя: думал, она тоже войдёт в штопор, как ты.
Эйнджела нахмурилась. Наверное, впервые в жизни их с сестрой желания разошлись.
— У Свитари горячая кровь. Ей это нравится.
Вопрос о будущем она оставила без ответа. Главным образом потому, что сама его не знала.
Глава 26
Планета Идиллия. Город Эсперо
Каждый раз, когда Чимбик думал, что на Идиллии его уже ничем не удивишь, жизнь преподносила очередной сюрприз.
То, что Талика пригласила его домой, уже особого недоумения не вызывало. А вот то, зачем она это сделала, сержанта изумило — семейный поход в парк развлечений.
Что такое «парк развлечений», Чимбик знал. И восторга у него этот способ проведения досуга не вызывал. Репликант просто не понимал, как можно получать удовольствие от максимально упрощённых и безопасных подобий армейских тренажёров и кабин виртуальной реальности. Но желание получше изучить жизнь идиллийцев пересилило скепсис. Оно и странное, новое, непонятное чувство: Чимбику почему-то не хотелось огорчать Талику и её многочисленное семейство отказом.
Ещё удивительнее было то, что отдых сержанту… понравился. Это не походило ни на что, испытанное им ранее. Даже на прогулку с Эйнджелой по лайнеру. Абсолютно новая смесь веселья, радости и вместе с тем полной расслабленности. Такая всепоглощающая, что сержант за время отдыха всего раз испытал негативные эмоции — когда в открытом кафе сидящий за соседним столиком инопланетник в разговоре со своим товарищем назвал Динару «куколкой». Чимбик, помнивший, что так дворняги обозначали понравившихся им женщин, немедленно напрягся, но, изучив лица мужчин, пришёл к выводу, что слово может иметь и иное значение. Дворняги смотрели на девочку так же, как её родители. Сержант сделал себе зарубку в памяти изучить данный вопрос и успокоился.
Обратно возвращались пешком. Вернее, пешком шли взрослые, а детвора посменно ехала на сержанте, причём сразу по трое-четверо: кого-то Чимбик сажал на плечи, а остальные цеплялись за лямки снаряжения. Почему-то ему это тоже понравилось, несмотря на нестандартное использование амуниции.