Причём, никаких временных стоек. Коралловый пандус, на который тяжело вздохнувший кит положил ласт.

И, соответственно, начал народ покидать транспортного зверюгу. Присмотревшись, я обнаружил ряд показно-надувающихся родовичей, различного типа и вида. Пришибленные видом столицы, да и перелёт, пусть и незаметный, для них просто не прошёл.

И были не менее явные чинуши. Щёки не надували, а целенаправленно чесали в паруэтажное коралловое здание, скорее всего — некий аналог привратной стражи воздушного порта столицы.

Так что я извлёк зверюг, и пока первый раз завалившиеся в Нерезиновск щёлкали клювами, потопал с девчонками в здание.

Встретил меня чин, видом столь заморенный, как будто он не только что притопал на службу (рассвет ведь), а месяц, без сна и отдыха, отравлял окружающим жизнь бюрократией.

— Документы, будьте любезны, — умирающе простонал он, а я с некоторым удивлением отметил, что чин был родовичем.

— Будьте любезны, — тыкнул я в чина пластиной, где в вольной форме в свое время накарябал, что аж какой владетельный Стрижич, и всем надлежит трепетать со страшной силой.

— Стригор Стрижич, — на этих словах щель рта чина, с печально опущенными уголками, искривило подобие улыбки.

— Он самый, — ангельски улыбнулся я.

— Да не волнуйтесь, господин Стрижич. Просто ваш родич сидит, знакомец мой, — тыкнул он персом в отдалённый стол.

Где и вправду сидел родович, несколько менее заморенный, нежели мой собеседник. А волна эфира показала, что и вправду Стрижич. Последний дёрнулся, обвёл взглядом окрестности, остановил взгляд на мне, кивнул. И углубился в бюрократщину.

— Бывает, родовичи Великого Рода часто встречаются, — не без ехидства протянул я. — Вопросы ко мне ещё имеете?

— Только один — барышни сии с вами?

— Служанки. Документ имеют, — отрезал я.

— Что ж, хорошо, в таком случае привратная стража Стольного Града вопросов к вам более, Стригор Стрижич, не имеет. Добро пожаловать, — равнодушно выдал он и отвернулся.

А я, на секунду задумался, да и подтопал к столику родича.

— Стригор, Владыка Болотного Лога, — представился я.

— Стриблуд, безземельный, — ответил парень лет тридцати. — Могу чем-то помочь, родич?

— Да, родич. Осознаю, что вы на службе, но…

— Не столь в текущий момент обременён. Десяток минут на беседу найду, но не больше, уж не взыщите.

— Буду признателен, — коротко поклонился я.

Вышли мы из стражницкой… таможенной… да хрен знает, как это здание идентифицировать, уже со стороны города. Ну и начал я в родича вопросы задавать.

— Не подскажите ли, Стриблуд, такие вещи: мне нужно жильё, для меня, служанок и зверей. Я планирую поступить в Имперскую Академию…