Кроме того, девчонка попросила «любиться в воздухе», что я со своими девчонками пару раз пробовал, но не практиковал особо — отвлекало от секса, а уж втроём вообще неудобье.

А вот сейчас то ли я продвинулся в контроле, то ли улучшенная нервная система помогла — но вышло очень даже, уж «кувыркались в воздухе» мы очень небесприятственно.

А уже в сумерках довольная Дыйешна покинула мою обитель — телохранить Храбру.

И ряд её жестов и мимических проявлений показал, что: «было уууух, Стригор Стрижич, но в развитии наших совместных потрахушек я не заинтересована, о чём-то большем не говоря».

В принципе — логично. Правда, интересен момент с тем, просто так совпало — у Боры давно никого не было. Или всё-таки какая-то хитрая проверка? Впрочем, прямые вопросы задавать глупо, а без них мой «полиграф» даже от души накачанную ветром Дыйешну не «расколет». Потому что, чтоб понять, правда или нет, вопрос всё равно нужен.

Проснулся я за час до рассвета, вышел в «основной нумер». Дамы изволили проснуться, Бора даже улыбнулась легонько, но так, фоново. Подтверждая и так понятное, что у нашего «военно-полевого соития» будущего нет. Я даже немного пожалел, чисто умозрительно — такая заводная девчонка в нашу «семейную формацию», как по мне, неплохо бы вписалась. Но родовишна, банальное время на секс, банальное отсутствие толкового знакомства… в общем, сожаление было ОЧЕНЬ фоновым, уровня «гарем — это приятно. Но ни хера не нужно, да и вредно, если разобраться».

И начал я своей охренительной щёткой чиститься, предварительно пропотев — в моём закутке «мусорной решётки» не было, почему я и выперся. Бора тоже подошла, меня немного удивив — чистилась она какой-то мочалкой непотребной.

Я подумал, да и всучил ей свою щётку — она реально классная, не то что мочалки всякие. Бора щётку повертела, плечами пожала, и принялась чиститься, натурально попискивая от удовольствия.

— Попробуйте, госпожа Храбра. И впрямь приятно зело, — протянула она щётку, предварительно спросив у меня взглядом дозволения, нашей тиунше.

Так похмыкала, почистилась. Пищать не пищала, но улыбалась широко, да и вернула с некоторым сожалением.

— А где вы сию диковину добыли, Стригор Стрижич? — заинтересовалась она.

— Да я, признаться, и не знал, что диковина, — честно ответил я. — В Ростоке закупил, думал, обычная мёртвая вещь. Могу в Столенграде уступить парочку — с запасом покупал.

— Очень обяжете. И нет, я такую диковину впервые зрю.

— И меня, Спасибо, Стригор Стрижич, — улыбнулась Бора.

— Да не за что пока, есть запас, не обеднею.