И возьмёт своё.

На сей раз момент оказался для неё неудобный. Я выставил вперёд копьё, и хищная тварь как-то догадалась, что эта штуковина для неё опасна. Поэтому, сделав небольшой шаг ко мне, зверь остановился.

Мы смотрели друг на друга несколько секунд. И каждый из нас не желал отступать.

А потом лесной хищник фыркнул. И потрусил прочь, чуть прихрамывая на одну лапу... Причём, в этой хромоте явно чувствовалась привычка. Видимо, лапу уже давно повредил, и теперь это ему почти не мешает. А более низкая подвижность компенсируется умом и сообразительностью. И, боюсь, ума и сообразительности там побольше, чем у меня…

Я стоял и ждал. Ждал, прислушиваясь и периодически резко крутя головой: то влево, то вправо. Но зверь отступил без боя, посчитав, что сегодня — не день поедания Вано Алексеевича. Однако он обозначил себя. Со стороны, куда ушёл хищник, донёсся вой. Долгий, протяжный, тоскливый…

И только после этого я заставил себя опустить копьё и пойти прочь. Причём направление выбрал так, чтобы уйти как можно дальше от зверя. Шёл быстро, старался не шуметь, но получилось так себе…

Когда я вывалился из кустов подлеска, оказалось, что вышел к обрыву. Прямо пред светлы очи Сочинца Свет-Не-Знаю-Имени-Батюшки (дай Бог ему здоровья, а его сыну — поменьше ехидства во взгляде!).

— Нарушаешь? — насмешливо спросил военный, а Чемодан за его спиной не удержался от улыбки.

— Нет! Как раз ищу спутников! — немедленно отозвался я. — А то после собрания все так быстро разбежались… Как тараканы!.. Вжух! И нету никого!.. Оставили меня одного! И я пошёл искать!

— Ну, нашёл, считай, — улыбнулся Сочинец.

— Ну, видимо, да… — согласился я.

— Погляди на наших соседей! — предложил военный.

И я поглядел…

На склоне стояло девять капсул. Девять, блин! Наш неожиданный визит, а затем и опасная погоня уполовинили число жителей посёлка. И те этого, ясное дело, не забыли.

Кто-то заботливо выложил светлыми камнями буквы на тёмно-сером скальном основании. И складывались они в одно слово: «У Б И Й Т Ц Ы ! ! ».

— Если не обращать внимания на старательное выкладывание лишней буквы… — заметил я. — … То даже красиво. Но, думаю, с ними у нас отношения не заладятся.

— Как бы они нам мстить не пошли! — между бровей Сочинца залегла глубокая складка.

— Они могут! — вздохнув, согласился Чемодан. — Неловко вышло…

— Если ты считаешь, что вырезать людей, пока они в отключке — это «неловко», то даже не знаю… А что ты тогда считаешь «жестоким»?.. Или, к примеру, «бесчеловечным»?.. — задумчиво протянул я, разглядывая здоровяка, как будто в первый раз.