— Тебя что,это совсем не волнует? — удивился Чемодан, указывая на склон.

— А должно? — почесав затылок, спросил я.

— Убиты люди… — мрачно протянул Чем.

— Я вот тоже не ожидал от тебя, Вань! — ехидно заметил Сочинец.

— Слушайте, ну вы как будто на Земле находитесь! — я покачал головой. — Вы их требования вспомните: «Нам нужно ваше оружие и женщины. А ещё приплатите за то, что мы вас не раздели догола!». Это, блин, нормально было? Или кто-то думает, что те часовые у Алтаря с оружием стояли, чтобы нам его заботливо отдать? Типа, держите, люди добрые, чтобы вас на обратном пути не скушали!.. Так, что ли?

— Ну… — Сочинец усмехнулся. — Нет, пожалуй…

— То, что у них оружие было, ещё не значит, что они решились бы его применить! — возразил Чемодан.

— То, что у них в группе из сорока человек к нашему приходу осталось только двадцать, ещё не значит, что другие двадцать мирно замёрзли! — не остался я в долгу. — Чемодан, заканчивай! В том, что произошло, нашей вины не больше, чем их. А уж конкретно твоей, моей или Сочинца — так и вовсе...

— Жаль, потенциальные мстители об этом не знают! — заметил Сочинец.

— А тут да, согласен… Мстить будут всем без разбора! Только маловато их для мести осталось… — кивнул я, чувствуя, как быстро портится настроение.

Даже показалось, что земля под ногами содрогнулась…

— Мстить можно по-разному! — включил разумную паранойю Чемодан. — Найдут какую-нибудь отраву, а потом придут ночью и измажут наше мясо.

— Мясо мы всё приготовим и спрячем! — ответил Сочинец. — Но ты прав: маленькая ловушка, смазанная какой-нибудь гадостью, сделает нам много бо-бо...

Я не ответил. Мне снова показалось, что мир вокруг покачнулся. Наверно, это упоминание яда и ловушек произвело на меня такой психологический эффект. В силу своей прямолинейности я как-то раньше не задумывался о подлых и коварных вариантах…

Впрочем, Сочинец с Чемоданом тоже замолчали. Видимо, представляли себе в красках, на какие гадкие подлянки способен ум обиженного соседа…

— Нет, но ведь дрожит же! — заметил я, снова почувствовав ногами толчок.

— Кто дрожит? — не понял Чемодан.

— Земля дрожит! Вздрагивает так… Периодически! — ответил я, изливая своё возмущение недостойным поведением тверди под ногами.

— Так мне не показалось!.. — воскликнул Сочинец.

— Землетрясение, может быть… — предположил Чемодан, который, похоже, всегда подозревал самое худшее.

— Слишком ритмично для землетрясения! — возразил военный.

А я открыл рот, закрыл рот… Сглотнул…

— Скажите, друзья мои… А не обладает ли кто из вас верой с горчичное зерно, чтобы по слову его горы двигались?.. — поинтересовался я охрипшим голосом, потому что вся слюна во рту куда-то испарилась.