Но не до конца, раз он хотел вернуться.

Темнота загустела, а огоньки вдали стали мерцать сильнее. Но я понял, что это не звёзды. Это пустые свечи духов, которые манили к себе.

А дух Небожителя Моктара решил со мной поговорить.

— Каждый человек после смерти оказывается в этом месте, — раздался голос поблизости. — И если бы он видел то, что видишь ты, то легко бы нашёл свечу, в которой мог поселиться. Но духи слепы, и находят свечи только по чистой удаче. А те, кому не повезло, уходят в игниум. Только Небожитель видит, где поселиться.

— Кто ты? — спросил я. — Тот самый Моктар? Чёрный Волк?

— Да. Кто ты, я не знаю. Зато вижу, что отец с тобой. Тот, кто называл себя нашим отцом. И постой. Я вижу три души. Откуда третья?

Я не видел его самого, но тьма передо мной будто становилась гуще, заслоняя собой свечи. Он подошёл ближе.

— Ты заманил отца в ловушку, — догадался он. — Хитро. Он теперь привязан к тебе и так легко не вырвется. Значит, к тебе подселили пожирателя. Чувствуешь голод?

— Из тебя тоже сделали пожирателя?

— Да. Но твой пожиратель хитрее. Он таился много лет, чтобы Таргин не почувствовал подвоха. Поэтому ты и сам не знал о нём. И он, — голос стал задумчивым, — он не один из нас. Его не было среди Изначальных.

— Откуда ты знаешь?

— Когда умрёшь, поймёшь сам, что знают духи мёртвых. Но мне нравится видеть, что Таргин проиграл.

Он хочет поговорить, ему надоело одиночество и собственные воспоминания. Но пока мы здесь, снаружи идёт бой, а его дух в свече стоит на бомбе, готовя реакцию для взрыва.

— Твою душу используют, чтобы взорвать бомбу, — сказал я.

— И что? Это же хорошо. Я сражался против империи, и теперь она умрёт. Я всё равно не понимаю мир снаружи.

Упрямый он, да и что ему терять? Ведь своим бездействием добьёт давнего врага. Ему нет смысла помогать мне.

— Так безопаснее, — продолжал Моктар. — Если спасти тебя от взрыва, то Таргин останется. Однажды он сможет вырваться. А если он победит, ты станешь императором. Твоё тело, если быть точным, — он усмехнулся. — А ты будешь безвольно смотреть на мир его глазами, пока не исчезнешь, когда эта оболочка умрёт.

— Давай лучше поговорим о деле, — прервал я. — Слишком много болтовни. Я видел это твоё воспоминание. Ты собрал большую армию. Даже были танки.

— Люди мне верили. Я сражался за них.

— И всё равно ты проиграл, — оборвал я. — И сегодня проиграешь. Ведь я могу и не погибнуть сегодня.

— Откуда такая уверенность?

— Ты слишком долго живёшь и не знаешь современные технологии, — уверенно сказал я. — Мы можем обезвредить бомбу. Можем забрать её и сбросить в другом месте. Взрыв будет, но не здесь. А ещё я могу улететь на вертолёте, хотя ты не знаешь, что это такое. И взрыв меня не достанет.