— Они есть. Но не при себе.

— Тогда раздобудь их.

В коридоре раздались шаги, и он бросил взгляд на дверь. Раздался стук.

— Господин капитан, — услышал я чей-то голос. — Майор Брайдер велел передать, что штаб прислал транспорт. Десант возвращается на крепость.

— Поговорим с тобой потом, — сказал я.

— Да, господин капитан. Но вы и сами это увидите сегодня.

* * *

— А они будут жаловаться? — тихо спросил майор Брайдер.

— Вряд ли, — уверенно ответил я.

Когда мы прибыли на аэродром, то узнали, что несколько наших лейтенантов, причём один из них был из моего батальона, избили троих снабженцев.

За такое в обычное время могут отправить под трибунал, но наши офицеры были трезвы, а тыловики порядком обнаглели: разворовали посылки, которые пришли нашим бойцам из дома.

Снабженцы, видимо, решили, что раз ребята на передовой, то большинство погибнет и никому не будет дела до этих посылок. Съедобное они сожрали, а остальное пытались пустить на продажу.

Кто-то из десантников возмутился и сказал командиру, и наши офицеры, только что прибывшие из боя, пошли разбираться. Так разобрались, что двоих снабженцев пришлось отправить в госпиталь.

Старший интендант, очень толстый полковник, который явно жрал посылки вместе со своими подчинёнными, вызвал военную полицию и составил рапорт, но мы с Брайдером написали свои. А кроме того, на аэродром прибыл офицер-инструктор Кеннет. Выводы он сделал сразу.

— Ну что, ребятки, мажьте лоб зелёнкой, — сказал он побитым снабженцам. — На этом не закончится.

Угроза оказалась не пустая, ведь выяснилось, что пехотинцам из РВС поставили автоматы из забракованной партии, у которых деревянные приклады повело от влаги, что было явным заводским браком.

А новенькие АВР-49 со складными металлическими прикладами, ещё в смазке, остались лежать в дальнем углу склада. Для чего они там лежали — неизвестно, но если выяснится, что их готовили к продаже сухарям, то причастных расстреляют.

Когда всё уладили, боеспособные остатки двух десантных батальонов расположились рядом со взлётной полосой. Многие просто завалились на землю, обессиленные что-либо делать. Вместо касок у всех сейчас были тёмно-красные береты, форма чистая, оружие наготове. Некоторые спали, некоторые смотрели, как на посадку заходит грузовой самолёт с гербом Нарландии — гибким мечом-хлыстом, оружием одного из Небожителей прошлого.

Старшина Ильин был напряжён, нервно расхаживая среди бойцов. Когда ко мне подошёл и отчитался, мы поговорили напрямую:

— Что вас гложет, Сергей? — спросил я.

— Не знаю, как это работает, господин капитан, но пока под ногами твёрдая земля, чувствую себя неуютно. А когда на палубе крепости — всё сразу намного проще. Будто вернулись домой.