— Степа, длинными бей, прижимай их к земле! Максим, пускай вторую осветительную!

Сам Тимофей также высаживал рожок ППД длинными очередями — без всякой прицельности, лишь бы прижать врага к земле… Заматеревший, набравшийся опыта старшина четко понимал свою задачу: выиграть время! Выиграть время для просыпающихся в блиндажах товарищей, для танкистов, осоловело и удивлённо пялящихся сейчас в прицелы… В которых ни хрена не видать в кромешной темноте! С правого фланга опорника старшину поддержали торопливые выстрелы самозарядки, а слева коротко проревела очередь автоматической винтовки Симонова… Впрочем, пятнадцать патронов из коробчатого магазина АВС-36 кончились очень быстро — а следом вхолостую щелкнул боек ППД.

Кажется, последними патронами Сотников все же достал одного из гранатометчиков, рванувшего вперёд… Отметив про себя, что вражеские пули бьют уже совсем рядом, отдаваясь сильными толчками в плотном земляном бруствере, старшина нырнул вниз — сменить магазин. В воздух с характерным шипением взвилась новая осветительная ракета… А следом послышался звонкий металлический лязг, и короткий, отчаянный вскрик! После чего второй номер издал испуганный возглас:

— Степа, что⁈

Но Степан, первый номер расчёта и опытный пулемётчик, уже бился в агонии; пуля ударила в челюсть — и раздробив её, прошила шею… Смертельная рана — из которой сильными толчками выбивалась кровь. Впрочем, второй номер этого не понял — и хотел было начать перевязку… Тимофей рывком поднял бойца на ноги, проревев ему на самое ухо:

— К пулемёту! Длинными!

Максим, все ещё таращась на раненого товарища, взял-таки «Дегтярев» в руки — а старшина, сменив позицию, уже резанул в сторону атакующих длинной очередью. В неясном, обманчивом свете ракеты целиться было крайне тяжело — и все же одна из пуль задела марокканца, уже замахивающегося для броска гранаты! Сильный толчок и острая боль заставили гумьера потерять равновесие; бросок его вышел неточным, и «лимонка» не долетела до траншеи с десяток метров… Звонко рванув парой секунд спустя.

Коротко отстучал ручной ДП, но тут же очередь его оборвалась. Смолкло СВТ на правом фланге — то ли ранили часового, то ли случилась осечка… Всполошенные перестрелкой казаки уже ринулись наружу из блиндажей. Но последние драгоценные секунды до того, как в окопы полетят гранаты гумьеров, стремительно истекали…

Оборвалась очередь ППД: тяжёлая винтовочная пуля ударила Сотникова под ключицу, швырнув его на дно траншеи. Но тут, спасая положение, грохнула выстрелом пушка «бэтэшки»… Танкисты не растерялись и зарядили картечь; 549 пуль на дистанции в полторы сотни метров скосили поднявшихся на рывок марокканцев, словно огромной косой!