Положив трубку, Николай Иванович удивленно хмыкнул. Надо же! С самых низов недовольство пошло! Но это даже хорошо. Будет еще одним аргументом о том, что предложение Кобы скороспело и не проработано.

— А студента этого надо поддержать, — кивнул своим мыслям Бухарин.

И не откладывая, набрал номер ректора университета, где, как сказал ему Кольцов, учится автор статьи Огнев.

— Иван Дмитриевич? Бухарин беспокоит… Да, здравствуйте. Хочу поблагодарить вас за правильное воспитание студентов!.. Да! Ваш Огнев очень хорошую статью написал. Мне очень понравилось. Передайте ему от меня личную благодарность. Именно такие люди и являются опорой для нашего будущего. Уверен, в ваших руках Московский университет станет флагманом советского просвещения. До свидания.

Удальцов озадаченно положил трубку телефона. Что это за студент у него учится, о котором даже товарищ Бухарин в курсе, а он — Иван Дмитриевич — ни сном, ни духом?

— Тамара Зиновьевна, — позвал он свою помощницу, — а вызовите ко мне Жидунова.

Уж комсорг университета должен знать такого студента. Он над всеми комсомольцами главный, и вряд ли себя так смог проявить кто-то, не входящий в эту организацию. Вскоре тот постучался в кабинет ректора.

— Георгий Юрьевич? Проходите, — махнул рукой на стул для посетителей Удальцов. — Скажите, вы знаете такого нашего студента — Огнева?

Иван Дмитриевич с удивлением смотрел за преобразившимся в лице комсоргом. Тот сначала был расслаблен, затем удивлен, а после даже тень страха промелькнула.

— Знаю, и не сомневайтесь, Иван Дмитриевич, меры по нему уже приняты. Огнев с позором выгнан из комсомола, а сейчас прибыл в деканат для отчисления.

— ЧТО⁈ — шокировано воскликнул Удальцов. — Как изгнан? За что?

— Так. за статью, — растерялся Жидунов.

Он-то подумал, что ректору из партии пожаловались, не надеясь на самого комсорга. Но реакция Удальцова была странной.

— Что это за статья-то такая? — удивленно прошептал Иван Дмитриевич, но тут же встряхнулся и продолжил. — Мне только что сам товарищ Бухарин звонил и благодарил меня за воспитание студентов. Упоминал как раз этого Огнева и его статью. У нас же один Огнев в университете? — на всякий случай уточнил мужчина.

— Да вроде один, — удивленно пожал плечами Жидунов.

— Так почему же студент, которого благодарит сам генеральный секретарь исполнительного комитета Коминтерна, вдруг был с позором исключен из комсомола и готовится к отчислению? Вы меня подставить хотите⁈

— Нет, товарищ ректор, — побледнел Жидунов. — Из горкома звонили. Товарищ Пилютин очень ругался…