После этого я снова ознакомился с речью Сталина и пришел в ужас. Стало ясно, что скорее всего коллективизация будет принята либо также декретом, либо близко к этому. Причем все будет прописано очень обобщенно, как в самой речи. И перегибы тогда неизбежны. По спине пробежал холодок.
Единственное, что я могу сделать в такой ситуации — попытаться максимально подробно расписать будущий декрет или что там будет в соответствии с нынешним законодательством. Дать четкие определения (чего кстати не было ни в декрете о «семичасовом дне», ни в той же речи Сталина). Например, кто такой «кулак», а кто «середняк». Да даже не говорилось, как будут наказывать этих «кулаков» и кто будет определять их виновность! Лишь общие тезисы, под которые можно подвести практически любого!
А еще мне стало ясно, что просто так выходить с подобными мыслями «в свет», не заручившись чьей-либо поддержкой категорически нельзя. Обвинят в защите «кулаков» и империализма и запишут во враги революции. Никакие прошлые заслуги тогда мне не помогут. Требовалось серьезно подумать и решить — а стоит ли мне лезть во все это дальше?
Глава 23
Август — сентябрь 1928 года
— Сереж, ты чего такой мрачный? — спросила меня Люда при очередной нашей встрече.
Я только вчера подвел итог по «семичасовому» делу и еще не отошел от собственных выводов, как может пойти коллективизация. Вот и ходил я как в воду опущенный, мысли всякие гонял.
— Да так, устал просто, — не захотел я вовлекать свою девушку в этот вопрос.
— Тогда пойдем, отвлечемся. Сегодня парк Культуры и отдыха новый открыли. Там, где раньше выставка сельскохозяйственная была. Сегодня вход бесплатный.
— А потом — платным станет? — хмыкнул я.
— Да. По десять копеек.
Ну да, хоть и идем мы к светлому будущему, но от денег пока никто отказываться не собирается. Еще свежи в памяти года «военного коммунизма».
— Ладно, — решился я.
И правда, чего сидеть, тухнуть? Развеюсь, может какая мысль дельная в голову придет.
Народу в парке собралось огромное количество. Очень многим было интересно посмотреть, что было сделано для отдыха советского человека, как заявлялось в афише на входе. А работа была проведена не малая, правда еще не вся. Окончательно парк обещали закончить в следующем году.
Мы с Людой неспешным шагом шли по дорожке, осматриваясь по сторонам. С одной стороны шел детский городок — комплекс игровых площадок. Рядом с ним располагались ясли, чтобы родители могли оставить самых малых деток и насладиться отдыхом самостоятельно. С другой стороны были сооружены тренажеры для занятий спортом: турники, брусья, «змейка» и многое другое. Заметив, как Люда поглядывает на молодых парней, занимавшихся там, я испытал легкое чувство ревности. Неужели ей нравится смотреть на то, как подтягиваются парни? Перехватив мой взгляд, она смутилась и попыталась потянуть меня вперед.