В любом случае было вполне очевидно, что затурканный напористым гостем врач ничего не предпримет, пока гость не заткнётся. Поэтому Лана дождалась громового финального аккорда:

— Этот брак незаконен!!! — и решительно вклинилась:

— Скажите об этом судье Коулу, который провёл церемонию. Или шефу Коулу, — кивок в сторону на редкость вовремя появившегося в дверях кабинета Дерека, — который присутствовал при ней и может засвидетельствовать произошедшее. Проблемы, шериф?

— Никаких, — скупо улыбнулся Дерек, приваливаясь здоровым плечом к косяку и демонстративно поправляя пистолет. — Пришлось успокаивать охрану, фраппированную вашим, миссис Хаузер, эффектным появлением, но в целом — ничего сложного. А как ваши дела?

— Так себе, — вздохнула Лана. — Мистер Хаузер категорически возражает против того, чтобы Рису помогали.

— Моего сына зовут Кристиан,- набычился старший Хаузер, — и пусть он жил, как закоренелый грешник, но умрёт, как добрый христианин!

Из приёмной донеслись сдавленные рыдания. Лана примирительно улыбнулась:

— Насколько я знакома с концепцией христианства, она не одобряет, более того — прямо запрещает сознательное приближение смерти. Рис умрёт, разумеется. Все мы смертны. Но умрёт он не сегодня. Если, конечно, доктор Орейро перестанет слушать спор, который его не касается, и почтит своим присутствием операционную.

Врач, подбодренный численным превосходством своих сторонников, вскинул голову и шагнул к дверям, за которыми маячили два любопытствующих охранника, но тут Руперт Хаузер взревел:

— Стойте, Орейро! Ни с места, если хотите сохранить работу! Я попечитель этой клиники, и я запрещаю вам оказывать медицинскую помощь Кристиану Хаузеру!

На кабинет упала потрясённая тишина. Дерек Коул выпрямился, принял самый официальный вид и сухо произнес:

— Руперт Хаузер! Вы арестованы за прямое подстрекательство к убийству!

Охранники уволокли изрыгающего проклятия и угрозы Хаузера в вестибюль, куда вот-вот должен был прибыть вызванный Дереком патруль. Умчался, на ходу отдавая указания подчинённым, избавленный от угрозы увольнения доктор Орейро. Всхлипывающую матушку Хаузер со всем почтением препроводили в кафетерий. Лана, в общем-то, и сама не отказалась бы от чашки чего-нибудь горячего, но расслабляться не следовало.

Сейчас её злило буквально всё, а больше всего — собственная нерасторопность. Ну ладно, Дерек: с простреленным плечом особенно не погеройствуешь. Доктор Орейро и вовсе не боец. Охранники клиники слова «попечитель» боятся до заикания. Но она-то? Или то, что Хаузер-старший какой-никакой, а свёкор, сработало, как фактор отсечения? Так или иначе, стрелять не хотелось, и когда пожилой скандалист кинулся на Лану, она замешкалась. Неизвестно ещё, чем кончилось бы дело, но тут вмешалась Судьба в лице Пита Старки, появившегося как из-под земли, выпалившего в пространство (точнее, в окно) и успевшего схватить Руперта за воротник дорогого пиджака.