Он уже совсем освоился и присутствие Вышинского его не смущало, чтобы общаться со мной не только по работе.

— Да так, вспомнил детство, — и видя вопрос в глазах обоих Андреев, пояснил. — Я тогда изобретательством занимался. Вот и нарисовал пару схем новых бытовых приборов. Вот только кому их показать, чтобы оценили перспективность и может даже внедрили потом на производство, ума не приложу.

— Отправь в журнал «Изобретатель», — как само собой разумеющееся посоветовал Вышинский. — Его все директора заводов выписывают. Мимо них твои изобретения не пройдут. Если что толковое, свяжутся с тобой, только телефон свой под статьей оставь.

— Спасибо, так и сделаю.

Блин, а ведь действительно. Сейчас же чуть ли не каждый год новый журнал появляется. Печатное дело стремительными темпами развивается в стране. Сам мог догадаться, да привычки выписывать себе газеты или журналы нет, вот и не подумал, что другие-то ими активно пользуются.

На этом мы попрощались, и я с отцом покинул Кремль. Пока шли домой, расспросил батю, как он провел время под арестом. Забрали его тогда чуть ли не в исподнем, вон — вся одежда на нем новая, еще слегка мешковато сидит. Видимо одели специально перед тем, как «показать» батю товарищу Сталину. Ну не в подштанниках же его приводить к генеральному секретарю? Иосиф Виссарионович такого перфоманса мог и не понять.

Отец поначалу отмалчивался, но потом все же рассказал.

— Били только в первый день. Когда им мои ответы не нравились.

— Что конкретно от тебя хотели добиться?

— Чтобы соратником Троцкого назвался. Что заговор затевал, — нехотя ответил батя. — Все не верили, что я из партии не из страха ушел, а по собственному желанию. Считали, что я испугался под «чистку» попасть.

— А почему ты ушел-то?

Батя пожевал губами и нехотя ответил.

— Да я говорил уже. Партия не та стала, что раньше. Зажимать идейных начали. Карьеристы в нее полезли. Те, что в рот вышестоящим смотрят и боятся свое мнение высказать. А на тех, кто ниже по должности, смотрят свысока. Мне это царские порядки стало напоминать. Я о том же и товарищ Сталину сказал.

Я от откровенности отца малость ох… удивился сильно. Он что и правда сравнил власть при Сталине с царской? Теперь понятно, почему тот назвал его прямолинейным и честным.

— А он что? — тут же стало мне интересно, как Иосиф Виссарионович отреагировал, услышав подобное.

— Сказал, что я неправ, — буркнул отец. — Про Съезды напомнил, да то, что решения принимает не один человек, а советы. Даже когда Съезды не собирают, работают Президиум, Политбюро, другие органы власти, где совещательным путем принимают решение. Может и так, а все равно — против Сталина открыто никто не пойдет. Фикция теперь эти советы.