— Но почему вы предлагаете совсем отказаться от крыльев? — возражал мне Фридрих. — С ними же на первом этапе будет легче преодолевать атмосферу!

— При той скорости, что развивает ракета, они создадут лишь дополнительное сопротивление, снижая скорость, — пояснял я свою мысль. — Да и зачем они? Все равно никакой пользы в данном концепте корабля не несут. Только лишний вес. Не надо так уж держаться за старое!

Уж так вышло, что первоначальное обсуждение реактивного самолета у нас плавно и незаметно перешло к разговору о космосе и перспективам его освоения. Фридрих Артурович мог говорить на эту тему часами, очень он был ею увлечен. А тут еще и я рассказал ему концепцию космических ракет и почему лучше работать над ними для выхода в космос, а не делать вариации современных, не особо то и продвинутых, самолетов под это дело. Слово за слово, так мы и пришли к текущему спору.

— Да и просто посмотрите — нынешние самолеты никак первой космической скорости не достигнут! — продолжил я настаивать. — Чуть увеличишь скорость, так у них сразу крылья отлетают!

Тут возразить Цандеру было нечего. Кстати да, примерная величина скорости вращающегося вокруг орбиты Земли тела была высчитана еще Ньютоном, так что здесь я никакой «Америки» не открыл. Фридрих Артурович и сам был математиком, поэтому легко принял названное мной значение, и споров об этом у нас не было.

Мужчина на несколько минут «завис», осмысливая мое доказательство своей правоты, а я вспомнил, с чего вообще начался наш разговор.

— Кхм, Фридрих Артурович, — привлек я его внимание.

— А?

— Тему мы конечно интересную подняли, но все же до полетов в космос еще не скоро и начать надо с малого. Хотя бы — с ракетного двигателя для самолетов. Там и скорости пониже и сам принцип их работы можно отработать. Как? Беретесь за это дело?

— Ну конечно! — даже возмутился моему предположению об отказе Цандер.

— Тогда я поговорю с Андреем Николаевичем о проектировании самолета под такой двигатель. А то ведь не каждый планер тут подойдет.

— Тут вы правы, — вздохнул мужчина. — Да и конструкция аппарата претерпит сильные изменения, как мне кажется.

— От винтов, скорее всего, придется отказаться, — заметил я. — Ну и с формой крыла «поиграть». Но это уже не ваша головная боль.

Расстались мы довольные друг другом и прошедшим разговором, и я тут же отправился обратно к Алкснису. Пускай выделяет Цандеру помещение для работы и финансирование. Да и к Туполеву нужно сходить. Узнать, как у него дела, и про планер под новый самолет поговорить. Поликарпов тут не подойдет — биплан для реактивного самолета противопоказан, да к тому же Николай Николаевич все еще работает больше с деревом и перкалью. Знаю, видел его в этом году, он мне еще благодарность выражал, что политические дела свернули в сторону директоров предприятий. А для реактивного самолета металлический планер нужен — за что топит как раз Туполев.