Все меняется в один миг. Практически поравнявшиеся с посадками с нашей стороны дозорные янки что-то замечает; вернее замечает кто-то один, коротко выкрикнувший «Alert» и тотчас рухнувший наземь. За ним заученно падают оставшиеся дозорные — но в тоже время из-за деревьев на противоположной стороне прогалины уже показались первые американские солдаты.

И прежде, чем они успели сориентироваться в происходящем и также залечь (а то и оттянуться назад, за деревья!), грохнул первый выстрел СВТ — а, вторя ему, зарокотал «Дегтярев».

В то время как я уже нащупал трофейную гранату и принялся сноровисто разжимать усики предохранительной чеки плохо слушающимися, заледеневшими пальцами…

Первым со стороны врага включился в бой дозор. Достаточно многочисленный, опытный и хорошо вооруженный для того, чтобы удалось нанести нам ощутимые потери — и дождаться подкрепления. Загрохотал «Томпсон», огрызнулся короткой очередью ручной «Браунинг», нащупывая лежку командира… Но противник подобрался к нашим ячейкам шагов на тридцать — и двое солдат оказались в непосредственной близости от меня. Можно попробовать достать их из «Стена» — но перестрелка сразу с двумя противниками обернется для меня весьма трагично…

И прежде, чем грохнул выстрел корейского стрелка, демаскировавшего собственную позицию (его окоп вырыт в десяти метрах справа), я чуть приподнялся — и резким броском отправил в полет первую гранату. Метнул с секундной задержкой — точно выверенным движением, уложив «лимонку» всего в метре от ближнего ко мне американца…

Раздался заполошный крик янки — но его тотчас заглушил гулко хлопнувший взрыв: подвешенная «граната» рванула, едва коснувшись земли! А я уже рванул кольцо предохранительной чеки второй «лимонки», цепко сжав в руках ее ребристый корпус…

Стоит отдать врагу должное: второй янки успел вовремя заметить опасный снаряд, летящий к нему — и даже попробовал уйти перекатом в сторону. Однако близкий разрыв гранаты, взорвавшейся у самой земли, догнал дозорного осколком… Раздался отчетливый вскрик; раненый, впрочем, все же продолжил ползти — но теперь уже назад, к своим. Ну, или же к высящемуся чуть позади крепкому и толстому пеньку, за которым вполне можно залечь и отстреливаться… Всего секунда на колебание — но рисковать я не стал: уложив ложе трофейной винтовки на бруствер и утопив приклад в плечо, тщательно прицелился… И на выдохе мягко потянул за спуск.

Выстрел!

Первый выстрел грохнул, как всегда, оглушительно, приклад увесисто «боднул» меня в плечо — а раненый противник дернулся и замер на месте. Но уже секундой спустя ответная очередь станкового «Браунинга» ударила в бруствер ячейки! То ли вражескому пулеметчику повезло, то ли я демаскировал себя первым же выстрелом — но тяжелый толчок больно отдался в груди, заставив меня сдернуть «Гаранд» вниз и распластаться на дне лежки…