Дорога обратно в училище казалась длиннее. КПП, проверка документов, знакомые корпуса в ночной тишине. В казарме уже горел «ночник» — тусклая лампочка в конце коридора. Внутри было безлюдно, но были слышны скрипы коек за дверями спален и негромкие разговоры курсантов. Я шёл к нашей комнате, шаги гулко отдавались в пустом коридоре. И почти у самой двери из глубокой тени у стены возникла фигура. Зотов. Он оттолкнулся от шинельника, где хранилось обмундирование, и шагнул ко мне.

— Серёг, — позвал он тихо. Его лицо в полумраке коридора было напряжённым. — То, что ты говорил в пельменной… Это ты серьёзно? Про аварию? Про зацепки?

Я остановился. Дневная суета давала о себе знать, и теперь мне хотелось лечь и уснуть. Но отмахиваться от вопросов было нельзя.

— Серьёзно, Стёпа, — ответил я вполголоса. Повёл рукой в воздухе, словно отгоняя назойливую муху. — Орлов… он прояснил некоторые детали. Не всё, но… направление есть. Завтра, если силы будут, он обещал рассказать больше. Милиция в курсе…

В этот момент из дальнего угла коридора, где обычно стояли вёдра и швабры, донёсся громкий лязг металла о бетонный пол, а следом послышалось приглушённое, но отчётливое русское матерное слово. Мы оба резко повернули головы на звук.

Возле стены со шваброй в руках возился курсант. Он не был мне знаком, по виду — без пяти минут выпускник. Но даже так он выглядел слишком взрослым для курсанта. Курсант нагнулся и принялся поднимать опрокинутое ведро, ворча себе под нос и вытирая тряпкой разлившуюся по полу воду. Его движения показались мне нервными и поспешными.

— Тьфу ты… — пробормотал Зотов, отводя взгляд от парня обратно ко мне. — Напугал.

Зотов продолжил что-то говорить, но я слушал вполуха и не отводил глаз от незнакомого курсанта. К этому времени я плюс-минус всех знал если не лично, то в лицо. А этот был мне совершенно незнаком. В мозгу щёлкнуло: а что, если это наблюдение? Но подтверждений догадки у меня пока не было. Только смутное ощущение. Хотя и оно могло стать следствием расшалившихся нервишек.

— Ладно, — Зотов понизил голос почти до шёпота и наклонился ближе. — Держи меня в курсе, а? Хорошо? Это ведь… — он запнулся, — меня тоже касается. Я там был.

Я кивнул, наконец оторвав взгляд от курсанта, который теперь усердно тёр пол, не глядя в нашу сторону.

— Буду держать в курсе, — пообещал я.

Потом моргнул, будто прогоняя усталость и навязчивые мысли.

— А сейчас нужно отдохнуть. И тебе тоже пора, комсорг.

Зотов хмыкнул, но кивнул.

— Это да. Нога-то как? — спросил он, двигаясь к комнате.

— Пойдёт, почти не болит, — сказал я, хватаясь за дверную ручку.