Вместе со мной поднимались какие-то технические специалисты, работавшие в трюме. Они узнали ребят в капсулах — служили вместе много лет в одной когорте — и стали справляться о сложности травм и возможных прогнозах.

— Я парамедик, не врач, — развел руками я. — Точно сказать не могу. Но — у одного ногу оторвало, у другого — разворочена грудная клетка, третий — этот капитан, он очередь поймал из пулемета почти в упор, и броня не спасла. Прогнозы хорошие, вот тут циферки зелененькие, шестьдесят процентов, например… Подлечат, короче. Сколько месяцев накинут — понятия не имею…

— А бонусов нормально тебе начислят? — поинтересовался парень с плазменным резаком в руках. — Ну, за спасение?

— Вот уж о чем не думал, — вытаращился я. — Я тут меньше месяца, еще не разобрался…

— Новенький? Ну надо же! — На этом наш разговор, в общем-то, и закончился.

Но доставить до медпункта своих знакомых они мне помогли. Наверное, на джигита я все-таки не очень походил, и работяги опасались, что я капсулы уроню. В общем — докатили, и медикам с рук на руки я медкапсулы передал.

— Через восемь часов можете забрать пустые капсулы, голубчик, — сказал корабельный врач «Дрозда» доктор Визенталь. — Ребята встанут на ноги, мы подзарядим оборудование, заменим расходники, и вы сможете установить их обратно на медэвак.

Визенталь мне не понравился. Он был похож на того Айболита из симуляции: с бородкой клинышком и интеллигентными манерами. А еще «голубчик» говорит… Сам он — голубчик. Аж бесит! Поэтому про криоген я и спрашивать не стал, в конце концов — на «Ломоносове» выдадут. Усевшись на платформу по-турецки, я поехал обратно к лифту, чтобы вернуть технику в трюм.

«Дзынь!» — Двери лифта открылись.

— О! — сказала Смирнова, выходя мне навстречу. — Привет! А я тебя ищу, коллега!

На ней были леггинсы, легкомысленная черная футболка с надписью «READING IS SEXY» и тяжелые ботинки. Похоже, она только-только сняла свою кастомизированную броню и потому бродила по «Дрозду» в таком вот домашнем виде. Ножки у нее, кстати, оказались что надо, и грудь под футболочкой обрисовывалась весьма приятных очертаний. Да и вся фигурка — очень даже ничего. Правда, мне всегда нравились высокие, стройные, изящные девушки. Ярко накрашенные пацанки-энерджайзеры не очень-то меня привлекали — но это не повод, чтобы морду воротить. Девушка — она и есть девушка. Украшение вселенной!

— Привет, — откликнулся я. — Я еду в трюм, возвращать эту штуковину на место. Хочешь — прокачу?

— А давай! — Она оперлась ладонью о платформу и ловко, прыжком, взлетела в воздух — и приземлилась рядом.