— Благодарю, — кивнул я и поправил берет.
Гремела какая-то торжественная музыка, но я не особо вслушивался. Кажется, я не хотел служить в Третьей когорте. Во-первых, потому, что никогда не считал себя прирожденным воином и яростным бойцом. А во-вторых — я слишком хорошо усвоил за свою не такую и длинную жизнь: иногда отступление — это путь к победе. Кутузов не даст соврать.
Правда, вряд ли этих берсерков интересовал Кутузов. Наверняка им больше по душе Вещий Олег и князь Святослав.
— Легионеры! — рявкнул Рогов. — Подняли свои вещи — и марш за мной к коменданту! Сдам вас с рук на руки — и наконец отдохну от ваших физиономий. Нале-во! Шаго-о-ом — марш!
эхма, жаль ни я, ни нейронка — не художники. но общий настрой примерно такой
Глава 12 Обнаруживаются соседи
Комендантом — или, если официально, префектом кастрорум — оказалась женщина, Зинаида Федоровна Ярец. На земле она в свое время возглавляла жилищно-коммунальное хозяйство какого-то райцентра в средней полосе России и дело свое знала от А до Я. Обладая исчерпывающей электронной базой данных по всем жилым помещениям «Ломоносова», «баба Зина» лично, не препоручая такое ответственное дело помощникам, распределила нас по спальным местам в соответствии с нашей специализацией, званием, бонусами, уровнем допуска и руководствуясь своими собственными таинственными соображениями. Мне как парамедику низшего ранга полагалось койко-место в комнате на трех человек, координаты которой моментально пришли на браслет. Браслетики наши напоминали земные смарт-часы и служили одновременно средством связи, удостоверением личности и средством платежа. Они наконец заработали как положено — впервые с момента выдачи — и мы постепенно знакомились с их функционалом.
Наши с Палычем попытки повлиять на решение суровой комендантши и протолкнуть тему совместного заселения были оборваны энергичным движением выразительных бровей префекта:
— Куды надо, туды и распределяю! Поговорите у меня — поселю с легионерами в казарму! — Выглядела она молодо, как и все люди на «Ломоносове», но врожденная дебелость никуда не делась. Гром-баба!
Легионеры в отличие от иммунов первый год жили действительно почти на казарменном положении — их «социальное» жилье на «Ломоносове», гарантируемое Легионом, представляло собой ровно такой же жилой модуль, какой был у нас на БДК «Чапай», разве что никто и не подумал бы размещать мужчин и женщин в соседних помещениях, и койки были одноярусными. Тут уж действительно, трехместная комната с собственным санузлом покажется верхом комфорта!