— Ура, ура, ура-а-а-а!!! — раскатилось под сводами Атриума.

— К церемонии принятия присяги — приготовиться! — провозгласил легат.

Невидимые барабаны забили тревожную дробь. На каждом экране вместо лица генерала появился текст присяги, и, как было уже не раз отрепетировано, по взмаху руки инструктора мы хором стали проговаривать ее — медленно, строчка за строчкой:

— Я, свободный человек с планеты Земля, вступая в ряды Русского Легиона Доминиона Рефаим, принимаю присягу и торжественно клянусь быть честным, храбрым, дисциплинированным, бдительным легионером, строго хранить военную тайну, беспрекословно соблюдать все воинские и корабельные уставы и выполнять приказы командиров и начальников. Я клянусь добросовестно изучать военное дело и вверенную мне технику и до последнего дыхания быть преданным своему Легиону, своим товарищам, своей Родине — Земле и моему второму Отечеству — Доминиону Рефаим, пока жив союз между нашими великими народами. Я всегда готов по приказу командования Легиона выступить на бой против любой угрозы населенных людьми и рефаим миров и клянусь сражаться и работать самоотверженно, умело, с достоинством и честью, не щадя своей крови и самой жизни для достижения полной победы над врагами, пока продолжается срок моего контракта. Если же по злому умыслу я нарушу эту мою торжественную присягу, то пусть меня постигнет суровая кара, всеобщая ненависть и презрение моих соратников!

Слова падали тяжко, как будто забивали гвозди в крышку гроба прошлой, земной жизни. Наши голоса дрожали, отзвуки эха разносились среди малахитовых колонн. Легион безмолвствовал до самого последнего момента — а потом взорвался приветственными криками. Я моргнул — и увидел, что напротив нас, шагах в десяти, стоят шеренги ветеранов — опытных легионеров, чьи рукава были украшены множеством нашивок, как у Рогова или Арнаутова. Лицом к нам — рекрутам с «Чапая» — выстроились воины Третьей когорты.

Их внешний вид говорил сам за себя: все как один светлобородые и коротко стриженные, плечистые, высокие. На комбинезоне каждого — эмблема подразделения: стилизованное изображение золотого солнца.

— Береты — вручить! — раздался голос легата.

Ко мне шагнул один из ветеранов. Их так и хотелось назвать не то варягами, не то — берсерками, не то — витязями! Легионер оценивающе смерил меня взглядом, а потом отточенным движением надел мне на голову алый берет — точно такой же, какой носил он сам и все полноправные легионеры и иммуны Русского Легиона. И пожал мне руку:

— Приветствую в Легионе, соратник! Если ты — настоящий воин и мечтаешь идти в бой с теми, кто никогда не отступает и сражается до последнего — тебе всегда найдется место в Третьей когорте!