Послышался скрежет — разъезжались в стороны огромные стальные створки ворот в скале. Я ведь оказался прав: база и космодром, с которых отправляли пополнение в Легионы, располагались в пещерах. Кажется, это был Кавказ, может быть — Балканы, точнее судить я не брался. Из ворот первым вышел Палыч в комбезе цвета хаки — молодой, крепкий, пышущий здоровьем. Он нес в руках две сумки. Следом за ним двигалась Раиса — русоволосая и прекрасная.
— Почти никто не отказался подписывать контракт, — сказал Палыч. — Конечно, они нам этой симуляцией дали ощутить молодость… Поймали нас капитально! Главное — это здоровье, соображаешь?
— Зато кое-кого отсеяли, — дунула на челку Раиса. — Одних не взяли в боевые части Легиона — только по хозяйству и в обслуживающий персонал, а там срок службы — дольше. Других — вообще обратно домой отправят, без коррекции. Придется им помирать обычным порядком, на Земле. Такие дела!
На ее лице не было сожаления, она явно наслаждалась обновленным, молодым телом, двигалась, дышала, общалась и смотрела на мир с очевидным удовольствием! Товарищ Зарецкая, партизанка и снайпер, была полна жизни — и радовалась этому. Разве это можно осуждать?
— Смотрите, какие нас кареты встречают. — Я сунул карандаш за ухо и показал рукой в сторону причала. — Симуляция, похоже, не такая уж и фантастическая. Реальные образцы техники использовали! Летучие машинки — один в один. Просто подумайте: а что, если нам показали гораздо больше правды, чем мы можем вообразить? Что тогда?
— Какая-то дрочь, вот что! — констатировал Палыч.
«Дрочь» — это у него, похоже, была универсальная негативная реакция.
На площадку из ворот в это время высыпали остальные наши товарищи по несчастью: вместо стариков — те самые молодые солдаты, из симуляции. Парни — на вид от двадцати до тридцати лет, крепкие, полные сил. Девушки — юные и красивые. Правда, людей было значительно меньше, чем во время виртуального штурма города — человек пятьдесят или около того. Впереди двигался голубоглазый красавец Кочубей, конечно.
— ПО МАШИНАМ! — закричал кто-то.
Я сунул блокнот в карман куртки, закинул на спину рюкзак, подтянул шлейки. На плечо привычным жестом забросил ремень сумки с фотоаппаратом…
Все уже бежали к чертовым ботам, а я помедлил еще немного: приложился к камере и сфоткал горы, и причал, и ущелье, и облака… Все-таки — прощанье с Землей. Кто знает, когда увидимся?
Глава 3 Землю в иллюминаторе не видно
Ощущения от путешествия в десантном боте были так себе. Если представить себе весь комплекс радостей, которые чувствует человек во время взлета обычного пассажирского самолета, и умножить их на пять — примерно такое счастье и получится. Трясет, тошнит, гудит кругом, в башке — мутно, кишки внутри туловища перемешиваются, и в целом — очень невесело. Не знаю, так ли это ощущали Гагарин, Новицкий и Марина Василевская или им было намного хуже?