Тоскливый стон раздался в спортзале: вчерашние старики все больше напоминали молодежь своими реакциями. Это было просто удивительно — но оно работало! Замкнутость и угрюмая настороженность, эмоциональная зажатость — все это уходило куда-то на второй план, наш коллектив все больше напоминал мне какой-нибудь отраслевой турслет или корпоративный сплав на байдарках, когда из совершенно случайных людей за несколько дней экстремальных обстоятельств формируется некое самодостаточное общество со своими подколами, приколами, мифами и легендами.

После пробежки девочек определили спарринговать с девочками, мальчиков — с мальчиками. Далеко не все тут умели профессионально драться, несмотря на то, что старшее поколение, в отличие от нас, охламонов, служило в армии гораздо более массово.

Служба в армии, кстати, не предполагает потрясающих навыков рукопашного боя. Но уличная жизнь у детей из сороковых, пятидесятых и шестидесятых годов была куда более суровой, чем у тепличных жителей начала двадцать первого века. Тут они могли нам фору дать, точно! Но и я делать скидку на возраст не собирался: боксировать придется с крепкими и опытными мужиками, и лишний раз получить по мордасам очень не хочется!

— Давай, давай! — слышались крики. — Поднырни под него! Левой бей, левой!

— Что мнешься вокруг него? Лупи уже, Палыч!

— Ишь какой верткий, ща-а-ас моя очередь дойдет…

Пятнадцать боев по минуте — это просто ужас, если честно. Мне по закону западла выпала честь провести первую схватку с Барабашем, конечно же.

— Я тебя убивать буду, — сказал лысый рекрут, натягивая перчатки.

Рогов за нами следил внимательно, так что я был уверен — блатной меня не убьет. По крайней мере — не сейчас. Да и вообще — я и сам хочу ему наподдать. Он у меня в печенках сидит, если честно!

— Только бокс, Барабаш, — напомнил грозный сержант. — Иначе следующий раунд будешь стоять со мной.

— Понял, начальник, — сказал блатной и тут же, без замаха, врезал мне в зубы.

Скотина какая! Его в любом бойцовском зале после этого за черта считать стали бы! Мои челюсти клацнули, я отпрыгнул, пребывая в состоянии легкого грогги, и Рогов запоздало выкрикнул:

— Бой! — Он и не думал прямо сейчас наказывать лысого.

А я — думал! Я кинулся на Барабаша со злостью и не думая о защите, и мы стали осыпать друг друга градом ударов: если бы не перчатки, точно убились бы оба. Я был выше и руки у меня длиннее, а он — шире в плечах и компактнее, в этом тоже есть свои плюсы. Вколачивая в него джеб за джебом, я отступал под выпадами блатного, кружил и отскакивал, стараясь держать противника на дистанции. У нас получался не спортивный поединок, а натуральная драка — я видел, как несколько раз дергалась у него нога, он едва сдерживался, чтобы не влепить мне подъемом стопы по яйцам! Я и сам мог бы сделать несколько подлостей, был у него изъян — не отдергивал руку после удара, но… Бокс — значит, бокс!