Осторожно лавируя между утёсами и одинокими деревьями, странники обследовали местность. Ни животных, ни существ, ни, к сожалению, пещер. Зато нашёлся родник. Наполнив фляги, путники разместились в скальном углу и соорудили из лиан подобие шатра. Свисавшие с отвесного камня толстые растения были переплетены, укреплены палками и привязаны к столбам из жердей, поддерживаемых рогатыми подпорками. Так, если что вдруг осыплется, уже не убьёт. По крайней мере, хотелось в это верить. Как и в спасительное мытьё рук после возни с лианами.

— Добротный навес получился, — довольно глядел на сооружение Джон. — Даже лошадям место нашлось, — он задрал голову, и в серых глазах отразилась вечерняя сиренева. — Ух, как быстро время пролетело. Пойду хвороста принесу.

— Составить компанию? — Лайла сложила сумки в углу укрытия. — Предложила бы помощь, но ты откажешься из-за заключённого пари.

— Верно. Уговор дороже денег. И по нему я должен быть один.

— А мне волноваться? — вампирша посмотрела на Рэксволда, который сидел в сторонке и, вертя на пальце кинжал, делал вид, что ничего не слышит.

— Всё будет хорошо, — улыбнулся следопыт. — Наставления помню. Меч при мне.

— И я неподалёку, — вышла из шатра Эрминия.

— Ты-то куда? — опустив руку, ассасин зажал клинок в кулаке.

— Сперва пожурчу, потом умоюсь у родника. А что? Думаешь, без тебя не справлюсь? Сиди, лагерь стереги, — северянка поправила ремни ножен.

— Я…

— Отвали.

Рэксволд устало вздохнул:

— Ладно. Будут проблемы — свисти.

— Ага, — еле слышно ответила Эрминия и побрела прочь.

— Прошу, соблюдайте осторожность, — Лайла отправила бы следом незримого наблюдателя, но напорхавшийся за день мефит спал красным клубком на сером крупе — правильнее дать ему отдохнуть: в ночном дозоре вторая пара зорких глаз лишней не будет.

— Вернусь до сумерек, — Джон кивнул на иномирца, который, устроившись у скалы, что-то чертил палкой на земле. — Можешь пока Шойсу «попытать», а то, похоже, скучает. За делом время быстро пройдёт, — тёплый поцелуй разогнал девичьи тревоги. — Всё. Я пошёл.

— Может, ты и прав… — Лайла провожала взглядом две спины. — Вдруг что полезное узнаю…

* * *

Покинув лабиринт утёсов, Эрминия свернула налево, в кусты папоротника, а Джон пошёл прямо, к поляне с пурпурными цветами. За ней стояла ещё одна скала, вокруг которой серели мёртвые деревьев в путах лозы — должно быть, там много валежника.

Костёр важен не столько теплом, сколько отпугиванием зверья и насекомых. Хотя на одиночных комаров не обращала внимания даже Лайла. Да и что там комариные укусы, когда реальность могла хапануть похлеще медведя. Благо ранам свойственно затягиваться. Даже выкопанная в земле яма постепенно зарастает, превращаясь в ровную поверхность. Шрамы от лопаты скрывает густая трава. Равно как чёрные волосы прячут след от чиркнувшей над виском стрелы.