— Я думаю, оно дрожь земли чувствует. Тут мягкий дёрн. Нам на руку. Но потом каменистая почва будет. Там уже на цыпочках проберёмся. И затаимся в укрытии, пока не нагнало. Пусть мимо пройдёт.

— Ладно. Но нет — хана ему.

План оказался действенным: через четыре десятка осторожных шагов странники свернули за угол скалы. Существо, хоть и двигалось следом, не телепортировалось. Однако размер расщелины оставлял желать большего. Узкий вход. Метр в глубину.

— Издали она казалась глубже, — сказал в своё оправдание Джон.

— Уместимся как-нибудь. Лезь.

— Я с краю.

— И загородишь всё? — Эрминия грубо втолкнула его внутрь и заскочила сама, развернувшись лицом к полуметровой щели.

Для пронзающего выпада не хватало пространства — локоть северянки втиснулся между боком воина и шероховатой скалой.

— Руку мне не зажимай.

— Постараюсь, — шепнул Джон. — Я тут и так еле дышу.

— Переживёшь.

Аккуратно приставив один из мечей к стене, северянка поддержала второй запястьем и сдала назад, чтобы остриё не выглядывало наружу, — следопыт ощутил себя в тисках между холодным камнем и твёрдой спиной, бескомпромиссно вжатой в кожаный нагрудник.

Оборона готова. И не зря. Чуть погодя на окутанную сумраком землю упал голубой свет. Эрминия напряглась. Целиком сосредоточилась на входе. Клинок, упёртый рукоятью в бок, был готов ринуться в атаку. Дыхание же ослабевало по мере приближения существа, пока не превратилось в едва различимое дуновение.

Наконец в щели мелькнул светлячок. Затем другой. Вон он, весь рой, что с такого ракурса напоминал звёздный вихрь. Рой вился напротив укрытия. Не смещался ни на дюйм. Словно издевался. А потом… хлынул внутрь.

— Да сдохни ты уже, — сверкнула лазурью острая сталь.

В ответ на колющий выпад, что не встретил препятствия плотнее воздуха, все насекомые разом погасли и устремились наружу.

— Так я и поверила, — Эрминия наблюдала, как тёмные точки теряются на фоне сумеречного леса. — Подождём… — остриё меча по-прежнему смотрело на выход.

Прошла долгая минута. Ничего не происходило. Только ветер тихо шелестел листвой.

— Может, оно и впрямь понимает лишь язык силы… — произнесли губы вблизи золотистого виска. — Выпусти меня, проверю.

— Хм. Мне кажется?.. — северянка развернулась полубоком и тронула штаны воина в области паха. — О, да я тебе нравлюсь. Хах. Интересно, с какого момента: когда ты облапал мою задницу в Виверхэле или раньше?

— Эрми… — неловко буркнул Джон. — Дай выйду.

— Ой, ладно тебе, — девушка преградила дорогу прислонённым к скале мечом. — Я — женщина. Ты — мужчина. Ещё скажи, что никогда не думал, какая я в постели. Ну же. Мне любопытно. Не волнуйся: дальше моих ушей твой ответ не уйдёт.