полный ярости. Это были костяные волки — они напали на Жнецов, привлечённые шумом и запахом крови, которая сочилась из ран одного из них. Послышался лязг металла, хруст костей, и один из Жнецов заорал от боли, когда волк вцепился ему в горло. — Бежим! — прошептал Мутар, хватая Рико за руку с такой силой, что его пальцы оставили синяки. — Пока они дерутся, у нас есть шанс! Если мы останемся, они нас убьют! Они выскочили из расселины и побежали по тропе, не разбирая дороги, спотыкаясь о камни и корни, которые цеплялись за ноги, как руки мёртвых. Калеб бежал последним, и его дыхание было хриплым, прерывистым, но он не отставал, чувствуя, как каждый шаг отдаётся в его ране острой болью. Сзади слышались звуки битвы — Жнецы отбивались от волков, и волки, хоть и уступали в численности, были быстрыми и безжалостными, они нападали снова и снова, разрывая броню и плоть. Когда они пробежали около ста шагов, Мутар остановился и обернулся. В свете звёзд, которые пробивались сквозь облака, он увидел, как из темноты вырывается одна фигура — не Жнец, а человек. Это был старый воин Князя, тот самый, который шептал что-то Мутару перед отъездом, тот самый, который был шпионом, посланным следить за ними. Он был ранен: его левая рука висела плетью, сломанная в нескольких местах, а лицо было залито кровью, которая стекала по его щекам, как слёзы. Он бежал прямо на них, спотыкаясь, падая и поднимаясь снова, и в его глазах светился тот животный ужас, который бывает только у людей, знающих, что смерть уже дышит им в спину. — Мутар! — закричал он, падая на колени перед ними, и его голос был полон боли и отчаяния. — Они убили всех! Князь… Князь знал, что вы пойдёте через перевал. Он послал меня… чтобы я предупредил вас… и чтобы я убил вас, если вы попытаетесь сбежать. Он боится, что вы предадите его. Мутар сжал копьё, и его лицо стало каменным, как маска, за которой скрывалась ярость. — Ты шпион, — сказал он, и голос его был холодным, как лёд. — Ты следил за нами. Ты хотел убить нас. — Я был шпионом, — прохрипел старик, и его голос сорвался на кашель, из которого вылетели капли крови. — Но теперь я хочу жить. Они… Жнецы… они настигли нас у подножия. Я единственный выжил. Мне нужно… мне нужно, чтобы вы взяли меня с собой. Я не хочу умирать здесь. Он не договорил. Из темноты за его спиной вылетела костяная стрела, которая вошла ему в затылок и вышла через рот, оставляя кровавый фонтан, который брызнул на камни. Тело старого воина рухнуло вперёд, как сломанная кукла, и за ним, из тьмы,