хотели, чтобы жертвы знали о ней заранее, чтобы страх делал их слабее, медленнее, беспомощнее. Рико выругался сквозь зубы и рванул вперёд, таща Калеба за собой. Его ноги горели, лёгкие разрывались от бега, но он не останавливался, потому что знал: если он остановится хотя бы на мгновение, смерть настигнет их всех. Он чувствовал, как внутри него закипает злость — та самая злость, которую он копил с момента гибели Греты, с момента смерти Ниса, с момента, когда Ульрих упал, заслоняя их собой. Эта злость придавала ему сил, делала его быстрее, острее, жестче. Мутар бежал сзади, прикрывая их отступление. В руках он сжимал костяное копьё, и его лицо было перекошено гримасой ярости, которая делала его похожим на дикого зверя, загнанного в угол. Он знал, что Жнецы близко, и готовился к схватке, которая могла стать для него последней. В его глазах горел тот же огонь, который он носил в себе все эти годы — огонь мести, который требовал крови. — Они уже близко! — крикнул он, когда тропа сделала резкий поворот, и они оказались на узком карнизе, где с одной стороны была стена, а с другой — обрыв в бездну, которая, казалось, ждала их, раскрыв свою пасть. — Мы не уйдём все. Кто-то должен их задержать. Иначе они догонят нас раньше, чем мы выйдем из перевала. — Нет! — закричал Рико, но Мутар уже остановился, разворачиваясь лицом к тропе, и его фигура в сером свете казалась почти величественной. — Идите, — сказал он, и в голосе его появилась та спокойная решимость, которую Рико видел только у людей, уже принявших свою смерть. — Я задержу их. У вас есть минута, может быть, две. Используйте их. Не дайте моей смерти быть напрасной. — Мы не бросим тебя! — крикнул Калеб, пытаясь развернуться, но Рико схватил его за плечо и потащил вперёд, чувствуя, как его сердце разрывается от боли. — Он прав! — заорал Рико, и в голосе его звучало отчаяние, смешанное с яростью, которая уже не знала границ. — Если мы останемся, мы все умрём! А его смерть будет напрасной! Ты хочешь, чтобы он умер зря? Калеб смотрел на Мутара, который стоял на карнизе, сжимая копьё, и его глаза горели тем же светом, что и у него самого — светом человека, который нашёл свою цель и готов за неё умереть. Он хотел что-то сказать, но слова застряли в горле, и он лишь кивнул, позволяя Рико увести себя. Они побежали дальше, оставляя Мутара одного на узком карнизе. Через несколько секунд они услышали звуки схватки — лязг металла, крики, хруст костей. Мутар сражался, и он сражался яростно, как человек, который знает, что это