его последний бой. Его крики смешивались с рёвом Жнецов, и каждый звук вонзался в их спины как нож, оставляя незаживающие раны. Они бежали, не оглядываясь, но каждый звук отдавался в их сердцах, как удар молота. И вдруг всё стихло. Звуки схватки оборвались, и наступила тишина — такая гулкая, такая пустая, что она казалась громче любых криков. Мутар был мёртв. Он погиб, как и обещал, защищая их путь, как погибали все, кто был с ними. Рико остановился, прижавшись спиной к стене, и закрыл глаза. Его грудь ходила ходуном, и он пытался справиться с дыханием, которое никак не хотело успокаиваться. Его лицо было бледным, как мел, и на нём не было ни следа прежней бравады. — Он ушёл, — сказал он, и голос его дрожал, как струна, готовая оборваться. — Он ушёл, как Грета, как Нис, как Ульрих. Они все уходят. А мы остаёмся. Мы единственные, кто ещё жив. — Мы остаёмся, чтобы закончить это, — ответил Калеб, и в его голосе появилась та стальная уверенность, которая всегда действовала на Рико успокаивающе. — Мы не можем позволить их смерти быть напрасной. Мы должны дойти до конца. Ради них. — Я знаю, — ответил Рико, вытирая лицо грязным рукавом, оставляя на коже тёмные разводы. — Но это не делает боль меньше. Каждый раз, когда кто-то уходит, я чувствую, как часть меня умирает вместе с ним. Они двинулись дальше, и через час они вышли из перевала в степь. Перед ними расстилалась та же серая, бескрайняя равнина, которую они пересекали несколько дней назад, но теперь она казалась им чужой, враждебной, как будто сама земля отвернулась от них. Ветер дул с севера, холодный, пронизывающий, и он нёс с собой запах дыма и смерти, который смешивался с запахом сухой травы и пыли. — Князь ждёт нас, — сказал Калеб, глядя на горизонт, где виднелись очертания лагеря, который казался тёмным пятном на серой равнине. — Мы должны вернуться к нему. Он даст нам проводника к Хребту. У него есть люди, которые могут защитить нас. — Князь, — усмехнулся Рико, и в этой усмешке было столько горечи, что даже Калеб невольно поёжился. — Князь, который послал шпиона убить нас. Князь, который смотрел, как умирают его люди, и ничего не сделал. Мы должны доверять ему? После всего, что случилось? — Мы не должны доверять ему, — ответил Калеб. — Но мы должны использовать его. Только он знает путь к Хребту. И только у него есть люди, которые могут защитить нас от Жнецов. — Защитить? — Рико рассмеялся, но смех его был похож на кашель, в котором слышалась агония. — Они уже убили Мутара. Они убили Ульриха. Они сожгли