— И что же ты хочешь, мой маленький братик?- задумчиво спросил император, когда Николай закончил свою взволнованную речь. Ну да — во время рассказа, он разволновался и под конец едва ли не кричал… Юный Великий князь покосился на Даниила, который послал ему весьма сердитую гримаску, и, взяв себя в руки, продолжил уже намного более спокойным голосом:

— Я понимаю, что по молодости лет и неразумности, скорее всего, не предусмотрел всего и пропустил какие-то подводные камни, которые могут сильно сократить ту пользу для русского оружия, кою мы усматриваем в этом изобретении, и которая может помочь в любом бою скорее принести славу и победу русскому войску, и потому я хотел бы попросить своего царственного брата прислать нам какого-нибудь талантливого боевого офицера, который сможет оценить наши предложения с практической точки зрения. И вынести окончательный вердикт.

— А чем тебя не устраивает вердикт Матвея Ивановича?

— Матвей Иванович — прежде всего воспитатель, и, чаще всего, выносит решения именно с этой точки зрения, — пожал плечами Николай.- Так что я не исключаю того, что его вердикт, прежде всего, был вынесен для того, чтобы приучить нас с братом к большему послушанию. Мы не перечили ему и со смирением приняли его решение. Оно для нас — закон. Но мы хотели бы чтобы, если от нашего изобретения есть хоть какая-то польза — оно, всё-таки, было использовано на благо России и во славу её Императора! Но сами мы оценить его объективно не способны. Как и любой изобретатель — мы очарованы нашим изобретением. Поэтому я и прошу Вашей помощи, мой брат и Император.

Александр I несколько ещё мгновений задумчиво рассматривал Николая, а затем утвердительно кивнул.

— Хорошо — так тому и быть. Я подумаю над тем, кому поручу оценить ваше изобретение.

Человек, которому император поручил оценить изобретение его младших братьев прибыл в Павловский дворец, когда семья «государыни» уже вовсю готовилась к переезду на зиму в Питер. Но подобная задержка пошла команде из двух юных Великих князей и одного бывшего трубочиста только на пользу. Потому что Николай, воспользовавшись разрешением брата Александра, вытребовал себе в помощь для подготовки целое капральство измайловцев, шефом которых он и являлся. И гонял его в хвост и в гриву, попутно, по совету Даниила, составляя «Наставление по дальней стрельбе расширительной пулей». Как оно там повернётся — Бог весть, но если хорошо — так вот вам уже не только новая пуля, но и всё нужное для её скорого освоения войсками. Потому что любому военному известно, что есть приказ, а есть «сложившаяся практика». И вот чтобы переломить её — одного приказа мало. Ибо почти любой военный, если у него будет возможность увильнуть и не выполнить приказ, спустив его «на тормозах» и сделав всё как привычно, как раньше, как всегда делали — непременно ею воспользуется. Ещё не хватало напрягаться и учиться чему-то новому, чего напридумывали эти придурки наверху… Они напридумывали — а нам напрягайся? Обойдутся! И справиться с этим можно только подготовив документ «во исполнение» и скрупулёзно проверяя, как он будет исполняться, жёстко наказывая за небрежение.