Вопрос неожиданный. Я замер с бокалом в руке.

— Почему ты это спрашиваешь?

Дженнифер положила хлеб на тарелку, серьезно посмотрела на меня.

— Потому что иногда я чувствую… дистанцию. Как будто ты здесь, но не полностью. Как будто думаешь о чем-то другом. — Пауза. — После аварии ты изменился. Стал… другим. Более закрытым. Я понимаю, у тебя сложная работа, много стресса, преступления. Но иногда кажется что ты не уверен насчет нас.

Я молчал секунду. Не знал что ответить. Она права, у меня иногда были сомнения насчет правильности выбранного пути. К тому же я не тот Итан Митчелл, которого она знала. Я другой человек в его теле. Но сказать правду невозможно.

— Дженнифер, я хочу жениться на тебе. Правда хочу. — Посмотрел ей в глаза. — Просто я адаптируюсь. Работа требует много внимания. Но ты важна для меня. Очень важна.

Она слабо улыбнулась, но глаза остались грустными.

— Хорошо. Просто… скажи если что-то не так. Мы помолвлены, но если ты в чем-то сомневаешься, лучше сказать сейчас, чем после свадьбы.

Протянул руку через стол, взял ее ладонь.

— Не сомневаюсь. Все будет хорошо. Обещаю.

Дженнифер сжала мою руку, улыбнулась уже шире.

— Ладно. Верю тебе.

Принесли еду. Лазанья для Дженнифер, слои пасты, мясного соуса и сыра дымились на тарелке. Спагетти болоньезе для меня, длинные макароны в густом томатном соусе с фаршем, посыпанные тертым пармезаном.

Ели молча, наслаждаясь вкусом. Еда хорошая и домашняя. Дженнифер довольно мурлыкала.

— Ммм, лазанья восхитительная. Попробуй.

Протянула вилку с куском. Я попробовал. Действительно вкусно, сыр тягучий, соус ароматный со специями.

— Да, действительно хорошая, — согласился я.

Мы доели, заказали на десерт спумони, итальянское мороженое на двоих. Сладкий, с кофейным вкусом, тает во рту.

Дженнифер откинулась на спинку стула, потерла живот.

— Объелась. Но оно того стоило.

Расплатился с официанткой, получилось пятнадцать долларов включая чаевые. Вышли на улицу. Ночь теплая, между облаками виднелись звезды.

Сели в машину и поехали домой. Дженнифер молча смотрела в окно, иногда улыбалась.

Через двадцать минут я припарковался возле дома в Арлингтоне. Поднялись по лестнице, открыл дверь.

Дженнифер сразу сняла туфли, вздохнула с облегчением.

— Наконец-то. Ноги устали.

Прошла в спальню, я за ней. Она расстегнула молнию на платье, стянула через голову, осталась в белом нижнем белье. Повесила платье на вешалку в шкаф.

Я снял рубашку, брюки и бросил на стул. Дженнифер уже легла в кровать и накрылась простыней.

— Иди сюда.

Лег рядом. Она прижалась к моему боку, положила голову на грудь и крепко обняла.