Новости на CBS. Уолтер Кронкайт говорил об Уотергейте и слушаниях в Сенате. Переключил на NBC, там шел ситком «Сэнфорд и сын», то и дело слышался смех за кадром. Переключил на ABC, там бейсбол, Washington Senators против Baltimore Orioles.
Выключил телевизор.
Не мог сосредоточиться. Мысли крутились вокруг одного.
Три дня до результатов экспертизы.
Три дня ожидания.
Томпсон рекомендовал молиться, чтобы время смерти оказалось раньше.
Молиться не буду. Не верю в молитвы.
Верю в факты. В работу. В логику.
Крейг и Мэрфи запретили вмешиваться в расследование. Но они ищут доказательства вины Дженкинса. А если не найдут?
Криминалисты обыскали квартиру, ничего не нашли.
Завтра обыщут грузовик, возможно тоже ничего не найдут. Дженкинс был слишком хитрый и осторожный ублюдок.
Тогда что?
Сидеть дома, ждать вердикта?
Нет.
Нельзя просто ждать.
Нужно действовать.
Но как? Мне запретили участвовать в расследовании. Если нарушу, мне выдвинут дополнительные обвинения.
Встал, прошелся по комнате. От дивана к окну, от окна к дивану. Руки держал в карманах брюк.
Думай. Подключай логику.
Крейг запретил вмешиваться в официальное расследование. Не контактировать со свидетелями, не посещать места преступлений, не изучать материалы дела.
Но он не запрещал изучать публичную информацию.
Газеты тоже являются публичной информацией. Их можно читать.
Библиотечные архивы тоже публичное достояние. Их можно просматривать.
Записи компании Pacific Northwest Freight, вот это не совсем публичные данные, но если представиться журналистом…
Финансовые записи Дженкинса, налоги, аренда дома и другого имущества. Публичные данные могут быть в архиве округа.
Можно изучать, не нарушая запрета.
Формально.
Я наконец остановился у окна, посмотрел на улицу. Фонари уже давно зажглись, машины ползли по улицам с включенными фарами. Люди шли по тротуарам, с работы, по магазинам, спешили домой.
Повернулся, посмотрел на дверь спальни. Завтра утром визит к психиатру Уэллсу. Обязательная психологическая оценка. После визита я свободен.
Мне рекомендовали сидеть дома. Ждать новостей.
Но никто не запрещал изучать публичную информацию.
Решение созрело.
Завтра после Уэллса начну собственное расследование. Неофициальное. Осторожное. Формально не нарушая запрета.
Найду доказательства. Или хотя бы зацепки.
Потому что невозможно сидеть дома три дня и ждать пока кто-то другой решит мою судьбу.
Глава 10 Гараж
Доктор Натан Уэллс сидел за столом и быстро писал. Не поднял головы когда я вошел.
— Присаживайтесь, агент Митчелл.
Я сел на стул напротив. Кабинет маленький: металлический стол, два стула, кушетка у стены. Книжный шкаф забит томами по психологии и психиатрии с потертыми корешками. На стене диплом в рамке: «Натан Уэллс, университет Джонса Хопкинса, 1954». На столе фотография, Уэллс с женой и двумя детьми, лет десять назад, судя по одежде и прическам.