Достал секундомер, карманный, хромированный, с белым циферблатом. Взял мое запястье, нащупал пульс и нажал кнопку.

Считал молча, глядя на стрелку. Через минуту остановил.

— Семьдесят четыре удара в минуту. Нормально.

Вернулся за стол, записал в папку.

— Как спали прошлой ночью?

— Мало. Три-четыре часа.

— Кошмары?

— Просто сны. Не кошмары.

— Про вчерашнее?

— Да.

Кингсли посмотрел на меня поверх очков.

— Это нормально. Стресс после убийства человека. Даже если убийство оправдано. Организм реагирует таким образом.

Я промолчал.

— Как себя чувствуете сейчас? Тревога, дрожь в руках, тошнота?

— Нет. Все нормально.

— Аппетит?

— Я позавтракал. Все съел.

Кингсли кивнул, продолжая записывать мои ответы.

— Употребляли алкоголь вчера вечером или сегодня утром?

— Нет.

— Наркотики? Таблетки? Что-нибудь еще?

— Нет.

— Хорошо. Нужно взять кровь на анализ. Это формальная, но обязательная процедура.

Встал, подошел к шкафу. Достал резиновый жгут, одноразовый шприц в бумажной упаковке, стеклянную пробирку с фиолетовой крышкой, спирт в пузырьке и ватные шарики.

— Закатайте левый рукав.

Я повиновался. Кингсли обвязал жгут выше локтя, затянул. Постучал пальцами по вене на сгибе локтя, вена набухла, стала синяя, хорошо видна.

Смочил ватный шарик спиртом, протер кожу. Руке стало холодно, в нос ударил резкий запах.

Вскрыл упаковку шприца, надел иглу. Воткнул в вену быстро и уверенно, я почти не почувствовал боли. Потянул поршень, кровь потекла в шприц.

Набрал около десяти миллилитров и вытащил иглу. Приложил ватный шарик к проколу.

— Держите, согните руку.

Кингсли перелил кровь из шприца в пробирку, закрыл фиолетовой крышкой и встряхнул, внутри кровь смешалась с антикоагулянтом.

Наклеил этикетку на пробирку, написал шариковой ручкой: «Митчелл И. 07/06/72, 10:15 AM».

— Результаты будут завтра. Но это формальность, конечно, повторюсь. Уверен у вас все чисто.

— Конечно.

Он развязал жгут и убрал инструменты. Сел обратно за стол, внимательно посмотрел на меня.

— Агент Митчелл, я должен спросить. Вы убили человека вчера вечером. Впервые на службе, насколько я знаю из вашего досье.

— Да. До этого только на войне.

— Как вы себя чувствуете? Эмоционально.

— Нормально.

— Нормально? — Кингсли приподнял бровь. — Никакой вины? Сожаления? Шока?

— Нет. Я сделал что нужно. Спас женщину от серийного убийцы.

Кингсли долго молчал, пристально глядя на меня. Потом записал что-то в папку.

— Это… необычно. Большинство агентов после первого убийства испытывают сильный стресс. Вина, кошмары, проблемы со сном, аппетитом. У вас ничего такого?

— Я видел сны. Но не кошмары. Просто повтор произошедшего.